Орден: Тевтонский крест. Тайный рыцарь. Крестовый дранг (сборник)

Бездоспешный, безоружный, в длинном халате, с желтым гепатитным лицом, он казался заплутавшим среди грозных воинов путником. Однако сами воины относились к дедку с почтением и подобострастием. Неужто главный?

Э, нет. Главный – другой.

– Вон там, видишь? – подсказал дядька Адам. – Ну, вон же, в самом центре дружины. Тот, который с лисьим хвостом на шлеме, сидит – не шелохнется.

Вот теперь Бурцев увидел. Всадник в богатых одеждах и дорогих изукрашенных доспехах, с саблей на боку. Надменно поглядывает из-под шлема, отороченного мехом и украшенного хвостом чернобурой лисицы.

– Голову на отсечение – татарский князь это или воевода, – дядька Адам нервно теребил тетиву лука. – Сшибить бы его сейчас, так нельзя ведь. Татары за одну мою стрелу весь лес перевернут. И себя погубим, и пана Освальда тоже. Племя Измайлово нас в два счета переловит. Или не переловит? Как думаешь, Вацлав?

Вопрос риторический – дядьку Адама ничуть не интересовало мнение соседа по ветке, так что Бурцев промолчал.

– Эх, кабы спросить дозволения у пана Освальда, сшиб бы, как пить дать сшиб!

До «князя» метров триста. Солидная дистанция. Даже из «калаша» не каждый поразит цель с такого расстояния одиночным выстрелом, а тут лучник сказки рассказывает. Бурцев позволил себе усомниться в словах бородача, но тот лишь презрительно скривил губы.

– Я с отцом белок в глаз стрелой бил, когда ты, Вацлав, еще мальцом голозадым по мамке ползал.

Но тут дядька Адам ошибся, конечно. Когда он начинал белковать, Бурцева вообще-то и в помине не было. Равно как и его мамки. И отца, и деда, и прадеда.

Пальцы партизана все не отрывались от тетивы. Видать, большой соблазн для лучника…

– Сшибить-то можно, – тихонько рассуждал бородач. – Эвон – у супостата лицо открыто. В глаз бей, как ту же белку, и наверняка будет. Только разить нужно сразу – первой же стрелой, иначе дружинники прикроют щитами…

Бурцев снова подивился оптимизму пожилого стрелка.

– Я, кстати, и тебе, Вацлав, в глаз целил, когда вас с княжной в лесу нашел. В правый глаз, – уточнил дядька Адам. – Дернулся бы – там бы и лег.

Бурцеву стало не по себе. Поддерживать дальнейший разговор не хотелось.

Стрелу дядька Адам так и не выпустил. Дружина знатного кочевника неспешно проехала мимо. На дороге появилась еще более диковинная процессия.