Муранча

 – В самом деле, какой мститель без патронов?

Илья хмуро смотрел на сельмашевского начальника. Да, патроны нужны были позарез. От охоты на мутантов он отказываться не собирался. Пусть эта кочующая муранча и не даст ему пока высунуться из метро, но не навечно же она застряла в Ростове, в самом деле! А после ее ухода в город начнут возвращаться другие твари. Жабоголовые, «черные пилоты», «студенты», «вертолетчики», «китайцы», «ботаники»… Выкопаются из кладбищенской земли вурдалаки. Или появятся какие-нибудь новые мутанты, которые конечно же тоже виноваты в смерти Оленьки и Сергейки.

– Орджоникидзевские тебе такого предложения не сделают, – продолжал уговаривать Инженер. – У них и без тебя хватает бойцов и стволов. А боеприпасов мало. И со жратвой – напряг. Если дело затянется, лишние рты им на фиг нужны не будут.

Илья отошел в темный угол, куда не попадал свет керосинки. Прислонился лбом к холодному бетону. Зажмурил глаза.

– Оставайся, Илюша, – шепнула из темноты Оленька. – Оставайся здесь. Ты нужен нам живым.

– Пап, я подожду, правда… – послышался голос Сергейки.

Жена и сын снова были с ним, где-то здесь, рядом. Так стоило ли рваться на Орджоникидзе?

– Ты ведь еще не нашел для меня ничего интересного, пап.

– Оставайся, Илюша…

– Ладно, – пробормотал Илья, обращаясь к родным.

– Так ты согласен, Колдун? – Инженер бесшумно подошел сзади. – Значит, по рукам?

Илья открыл глаза и повернулся.

Илья промедлил еще секунду, глядя на широкую сильную ладонь. Потом вяло, без энтузиазма ее пожал.

– Ну, вот и славно! – выдохнул Инженер. – Чувствуй себя как дома. И еще раз прошу, Колдун, не держи на меня зла, лады?

Илья ничего не ответил: Инженер повернулся к двери и гаркнул в голос:

– Бульба!

На пороге вновь нарисовался давешний усатый автоматчик.

– Принимай пополнение, – распорядился Инженер. – Устрой бойца где-нибудь.

* * *

Бульба (как выяснилось, и имя у усатого сельмашевца вполне соответствовало прозвищу – Тарас) провел Илью через станцию. В распоряжение гостя была предоставлена одноместная палатка на самом краю платформы возле орджоникидзевского туннеля.

Свет станционных костров едва-едва сюда попадал. Вокруг царил приятный полумрак. Было почти уютно. Как дома почти.

– Здесь пока поживешь. – Бульба кивнул на свернутый спальник перед палаткой.