Князь-волхв. Тропа колдунов. Алмазный трон (сборник)

К тому же Дитрих сейчас походил не на благородного дворянина из знатного рода, а на побитую собаку. Изнуренный долгой скачкой, пропахший своим и конским потом, в плаще, заляпанном грязью, с перевязанным темно-бурой тряпицей плечом, он стоял перед императором, опустившись на правое колено и не смея поднять глаз. Рядом лежала седельная сума, которую вестник зачем-то притащил с собой.

– Что? – с трудом вымолвил побледневший Феодорлих. – Что мощи?!

В императорском шатре не было никого, кроме самого императора, вебелингского рыцаря и советника-колдуна в красных одеждах.

– Они… они похищены, ваше величество.

– Что-о?! – взревел Феодорлих.

Теперь лицо императора налилось красным и стало похоже по цвету на колпак и мантию придворного чародея.

– Что? – беззвучно, одними губами, вслед за Фридрихом прошептал Михель.

Маг подошел ближе, почти вплотную к Дитриху, вперился в него пронзительным взглядом.

– Мощи… похищены… – хрипло повторил рыцарь.

– Когда? – выплюнул император. – Когда это случилось?

– Прошлой ночью, – смиренно ответил кастелян. – Кто-то проник в замок, пробрался в донжон и…

– Как?! – процедил Феодорлих. – Кто посмел? Кто сумел? Куда смотрела стража? Почему вор ушел живым?

Рыцарь глубоко вздохнул, прежде чем ответить.

– Это был не человек, ваше величество, и только поэтому…

– Что значит «не человек»? – прошипел Феодорлих.

– Это исчадие ада, – Дитрих выпихивал слова, словно выдирал зазубренные наконечники стрел из раны – Это демон. Это сам… сам… сата…

– Это всего лишь слова, за которыми удобно прятать свою нерадивость и трусость! – гневно пророкотал император, вновь перебивая вестника. – Ты лжешь, Дитрих, и понесешь за это надлежащую кару.

– Ваше величество, он не лжет, – Михель, пристально следивший за вебелингским кастеляном, неожиданно вклинился в беседу. – Все, что говорит кастелян – правда.

Феодорлих резко повернулся к магу.

– Откуда тебе знать, Михель? Ты что, уже заглянул в его мысли?

– Да, ваше величество. Они открыты. Правда, мне трудно в них разобраться. Мысли Дитриха – как неготовое варево в бурлящем колдовском котле. Но он не лжет. Он просто находится в смятении и не знает, как объяснить случившееся.

Император, сверкнув глазами, подступил к колдуну.