Дикий Феникс

Так что…

Генерал с сожалением смотрел на костер и на человека на костре. Дрова уже поливали из канистр.

– Вспомните, сколько неприятностей он доставил всем нам одним лишь своим существованием, – продолжил генерал. – Скольких людей мы потеряли, охотясь за ним и стараясь отбить его друг у друга. В борьбе за его силу мы непозволительно ослабили себя. Теперь только костер решит нашу проблему.

– Временно решит, – заметил обладатель красного галстука.

– Пусть так. Сейчас всем нам нужно время для передышки.

– Передышка? – Красный Галстук издал негромкий смешок, напоминавший шипение пробитой шины. – Уже завтра у нас может появиться новый повод для вражды, разве не так?

– Может, – согласился генерал. – Может, завтра, может, через неделю, может, через месяц. Но давайте не будем говорить об этом хотя бы в ночь перемирия.

Красный Галстук отвечать не стал, однако молчание длилось недолго.

– Почему бы не воспользоваться крематорием? – прозвучал еще чей-то голос из группы наблюдателей.

– В прошлый раз сломалась печь, – напомнил генерал. – И вообще после всего… всего этого остается слишком много следов. Камеры крематория не рассчитаны на то, что попадающее в них тело будет сгорать так долго и биться внутри так сильно. Если опять произойдет поломка, придется придумывать правдоподобные объяснения. К тому же процесс кремирования в закрытом и недоступном для визуального наблюдения пространстве труднее контролировать. Есть и еще одна проблема. По пути к крематорию и возле него нужно постоянно укрывать «маской» весь наш кортеж.

Красный Галстук огляделся и покачал головой:

– Это уже не по старинке. Раньше, в старину, не было нужды прятаться по ночам в безлюдных местах, чтобы сжечь человека.

– Да, времена публичных сожжений прошли, – согласно закивали вокруг.

К группе наблюдателей подбежал широкоплечий крепыш в пятнистой форме и с пустой канистрой в руках. От канистры несло бензином и магией.

– Все готово, господин Магистр, – доложил крепыш.

– Приступайте, – кивнул генерал.

* * *

Костер вспыхнул, словно пороховая куча. Взметнулось к небу и весело заплясало пламя, отражающееся в полированных боках иномарок. Затрещал хворост. Закричал сжигаемый заживо человек.