Ведьма из Ярильска

Всеволод обернулся: в саду Радимир и Вацлав играли в игрушки. Они разговаривали как будто между ними не было ссоры. Со стороны конюшни к ним направлялись двое парней: Яромир и Святослав. Они очень походили друг на друга, оба были светловолосые, коренастые и высокие. Яромир был старше Святослава на два года.

– Отец, Зарина, мы только вас и ждём, – сказал Яромир.

– Зверь не гость, подождёт, из леса не уйдёт, – засмеялся Всеволод.

Они собирались на охоту. Всеволод любил поохотиться с сыновьями и дочерью.

Всеволод, Яромир, Святослав, Олег и Зарина стояли у ворот большой каменной конюшни. Конюх выводил из загона лошадей и седлал их. Под ногами княжичей путался большой серый пёс. Он сел у ног Зарины, виляя хвостом. Зарина присела на корточки и погладила его по пыльной морде. Собака лизнула девичий нос. Зарина сморщила лицо, вытерла нос кулаком и поднялась, протерев ладони о брюки.

Пёс гавкнул, затем сделал довольную морду и радостно завилял хвостом. Всеволод поднял глаза. Со стороны дворца приближался мужчина с чёрными короткими волосами. На нём был тёмный кафтан, чёрные брюки и замшевые сапоги. Для знатного боярина воевода Глеб Ковальский всегда одевался скромно. Пёс ринулся ему навстречу.

– Полкан, – улыбнулся Глеб и погладил пса.

Глеб пожал руку князю и сыновьям, поздоровался с Зариной.

– Ты вовремя зашёл, мы собираемся на охоту, поедешь с нами? – спросил Всеволод.

Он заметил, что Глеб выглядел уставшим и вроде бы подавленным, несмотря на то, что улыбался. Всеволод знал привычку Глеба улыбаться при встрече. Воевода часто делал это намеренно, чтобы вызвать расположение собеседника.

– Нет, сегодня у меня ещё много дел, – ответил Глеб. – Я пришёл обсудить очень важный государственный вопрос.

Всеволод окинул взглядом сыновей и дочь и приказал:

– Эй, дети, идите погуляйте, нам с Глебом Владимировичем нужно поговорить.

Дети поторопились удалиться.

– Я вчера говорил с Владиславом и понял, что Ильменск нас вряд ли поддержит, – с грустью сообщил Глеб.

– Но ведь мы отправили туда Светозара, а у него-то язык подвешен. Твой сын – не промах, весь в тебя. Так что переживать рано, – с уверенностью сказал Всеволод.

– У Светозара не получится. Ильменцы не захотят воевать за чужую страну, – вздохнул Глеб, печально окинув взглядом крышу конюшни.