Малое Солнце

Джейдер с ненавистью смотрел на свои бесполезные перчатки, которые, в отличие от шипованной подошвы, не имели должного сцепления с поверхностью. Один небольшой выступ левее, но слишком высоко, чтобы достать. Чуть ниже небольшая щель, куда можно просунуть пальцы и попробовать подтянуться. Само собой, сделать это в громоздком скафандре было очень непросто даже в условиях низкой гравитации. Последний выступ дался Джейдеру особенно тяжело. Он был слишком мал и на нем практически не было свободного места. При попытке встать отмотанный на 15 метров трос резко натянулся и чуть было не отдернул своего хозяина обратно в пропасть.

Он упал на колени, вцепившись намертво в короткий выступ, пытаясь сохранить чуть было не утраченное равновесие.

– Это предел, – выдохнул Джейдер, глядя, как натянутый трос тает в бесконечном мраке пропасти.

Он до последнего надеялся, что где-то допустил погрешность в расчетах и длины троса хватит до самой вершины. Он хотел верить, что в лебедке предусмотрены хотя бы один или два метра резервной длины.

Но все эти надежды неминуемо бились о натянутый до предела страховочный трос, словно струна звенящий в высшей точке своего натяжения.

– Глупо было и надеяться, – удрученно подумал Джейдер.

Он не решался отсоединить карабин, ощущая, как ступор парализовал все тело. Трос все еще был его единственной надеждой на случай неудачи, которая буквально преследовала его по пятам. Этот маленький выступ, на котором натянутый трос не давал ему встать, был последним рубежом, за который ему не суждено было проникнуть.

Более ни единой зацепки вокруг. Ни одной трещины, в которую могли бы протиснуться его пальцы, облаченные в толстые грубые перчатки.

– Раскрыть карабин, – дрогнул голос, прежде чем звук бешеного сердцебиения вытеснил собою все окружающие фоновые шумы.

Лебедка начала неторопливое возвращение троса. Джейдер медленно выпрямился, поднимаясь на ноги. Ощущение собственной беззащитности теперь обретало особенно яркие оттенки. Дальнейшее движение вверх было невозможным.

Он запрокинул голову, ощупывая дальномером до безумия близкую, но одновременно недоступную границу расщелины.

– Четыре с половиной метра. Последние четыре с половиной метра… – в отчаянии простонал Джейдер.

Он прислонился шлемом к гладкой монолитной поверхности стены, не в силах что-либо предпринять. От нее ощущалось мертвое, холодное дыхание открытого космоса. Жестокое, безразличное к человеку, оно было чужеродно любой жизни. Жизнь.