Готикана

Лицо обдало жаром, уши начали гореть при мысли о том, чтобы она и мужчина, к которому Корвина явно испытывала физическое влечение, совершили в том лесу что-то столь запретное.

Трой издал смешок.

– Расслабься, Фиолет. Я просто тебя дразню.

Джейд была права: он придурок.

Закатив глаза, Корвина обошла компанию и направилась к башне под звук его смеха. Она бы ответила что-нибудь, будь он один, но сейчас была немного взволнована, а парни, собравшиеся в одном месте, нервировали ее еще больше.

Башня, в которой располагалась ее комната, была прекрасна, как и все остальное в Веренморе. Корвина жила в одной из трех отведенных для девушек башен, коих было на одну меньше, чем башен для парней. Внутренняя отделка была темной и выполнена из разных видов дерева: местами классического и полированного, а местами грубого и необработанного. В холле находилась только приемная с небольшим столиком, вечно пустующим креслом и огромной картиной на стене с изображением озера с мостом, которое Корвина только что видела в лесу.

Корвина пошла к лестнице и поднялась на свой этаж. Теперь в коридоре было более оживленно, чем утром, когда она уходила. Девушки занимались утренними сборами и, кто болтая, кто молча, сновали туда-сюда из общих ванных комнат в дальнем конце вестибюля.

– Эй, чумовые глазки? – окликнул голос с лестницы.

Корвина остановилась в коридоре, но оборачиваться не стала, прекрасно зная, кто это был. Рой Кингстон, красивая старшекурсница с третьего этажа, которая одним мизинцем излучала больше уверенности, чем Корвина всем своим телом. Судя по тому, что рассказывала Джейд, Рой была из крайне поганой приемной семьи, в которой подвергалась сексуальному насилию. Оттого она ожесточилась и вела себя как стерва по отношению ко всем, кто был ей не мил.

– Неужели я только что видела, как ты вышла из леса с преподавателем?

Несколько девушек остановились в коридоре, задержав на Корвине удивленные взгляды. Сделав глубокий вдох, она повернулась к светловолосой красотке.

– Я не знаю, что ты видела, Рой, – громко ответила она, зная, что девчонки пытались услышать хоть малейший намек на что-то недопустимое.