Искушение свободой

К счастью, массового террора ещё нет. Но ведь революции начинаются с восторгов, лозунгов и пения радостных песен. Не слышно, как затачивают лезвие гильотины.

Общественный организм, полагают учёные, руководствуется не рассудком, а эмоциями. И здесь тоже сказывается таинственное действие бессознательных инстинктов. Сейчас в России господствуют именно они.

Чем это завершится? Предлагаю вариант, о котором никто не упоминал. Князь Пётр Кропоткин станет вождём анархистов и монархом всея Руси. Написал бы «анархом», да нет такого понятия.

Это было бы похоже на победу мятежника Пугачёва, восставшего при Екатерине II. Но тот был мужиком, выдававшим себя за царя. Этот – просвещённый интеллигент. Не такой ли невероятный царь – в качестве духовного вождя – возможен во взбаламученной невероятной России? И кого ещё можно призвать на царство? Соразмерной кандидатуры нет.

…Жизнь в Петрограде бурлит. Во что это выльется? Поживём – увидим.

7

Две следующие статьи тоже дались без особого труда. Сергей поговорил с несколькими знакомыми журналистами и просмотрел газетные публикации последнего месяца. Понял: ничего понять невозможно. Но на это он и не претендовал.

У него был превосходный советчик: дядя Кирилл Павлович, у которого он останавливался, приезжая в Петербург.

Семья Кирилла Павловича – жена Ольга Сигизмундовна, дочь Софья и сын, кавалерийский офицер (он воевал на Южном фронте) – располагалась в пятикомнатной квартире на Большой Садовой. Вечером Сергей нанёс им визит. Отец семейства был на службе в Департаменте просвещения. Ольга Сигизмундовна встретила его как родного сына, выразив неудовольствие тем, что он остановился в гостинице. Когда пришёл Кирилл Павлович – крупный, бородатый, шумный – и обнял его, трижды расцеловав, Сергей понял, что будет свиньёй, если откажется от их гостеприимства.

Наиболее интересные сведения и комментарии к происходящим событиям он получил после вечернего чая в кабинете Кирилла Павловича, по словам которого, большевики собираются силой захватить власть. Желают произвести нечто несусветное, переведя буржуазную революцию в социалистическую. Что это такое, никто не ведает, но оно может свершиться с непредсказуемыми последствиями.