Обеспечение: Полная свобода. Реал

 – Город очень развитый и по-западному высокотехнологичный. Это единственный город в Индии, где продают разливное пиво. Здесь находится «Индустан Аэронавтикс», а также «Индия Телефон Индастриз», «Бхарат Электроникс» и «Личинка Императорского Жука-Носорога, Лтд», крупнейший в мире производитель имиполекса. «Личинке Носорога» нужен водопроводчик; водопроводчик хорошего класса.

– Парни, которые делают пластик для молди, будут слушать Совет Наследников, кого им брать на работу? – изумился Ренди. – Это чушь какая-то.

– О нет, Ренди, не сомневайся, они нас послушаются, – уверенно отозвалась Дженни. – Мы предложим им тебя не напрямую, конечно. Как я уже говорила, у нас обширные связи, и многие люди нам очень обязаны. Мы вполне в силах устроить тебя туда на работу, Ренди, уверяю тебя. И зарплата тебя приятно удивит. Все, что мы хотим от тебя взамен, это чтобы каждый месяц ты звонил нам и рассказывал обо всем, что видел там интересного. И помни, каждый день ты будешь работать в окружении молди и имиполекса.

Дженни снова улыбнулась и опять заговорила с кентуккийским акцентом:

– Черт, Ренди Карл, да ты будешь счастлив, словно свинья на картофельной грядке!

– Вот дела! – наконец позволил себе воскликнуть Ренди. – Индия? Они там хоть говорят по-английски?

– Можешь не сомневаться! Тебе нужно только дать свое согласие, и эта работа твоя, Ренди Карл. Мы даже снимем там для тебя квартиру и купим билет на самолет.

– Согласен!

– Тогда завтра ты должен быть в аэропорту Луисвилля ровно в девять утра.

Побросав свои пожитки в пикап, Ренди попрощался с доктором Прайдом и поехал к Сью, чтобы рассказать той о своей новой работе. Была пятница, шесть часов вечера, и уже начинало смеркаться.

Дверь ему открыл Левис.

– Сью нет дома, – резко ответил он.

– Тогда я подожду ее, – сказал Ренди.

– Она не вернется до вечера субботы, – ответил Левис, накручивая на палец свою бороду. Лицо у него было перекошено от пеппа и дрожало от тика.

Левис попытался закрыть дверь, но Ренди вставил в щель ногу.

– Не смей закрывать передо мной дверь моего дома, гребаный сукин сын.

– Не повышай на меня голос, сынок, а то узнаешь, что такое настоящая боль, – мгновенно набрал обороты Левис. – У меня тут пушка под рукой.