Посланцы богов. Похождения Такуана из Кото – 3

Обижаться на свиные прозвища князю надоело, и он решил выказать благородство:

– Но я на тебя зла не держу, уважаемый Даньян. Даже за то, что ты моей статуе драгоценные глаза выбил.

Услышав слова Бао Чжу, принц обнаружил ещё одно своё откровение. То самое, которое появилось от происшествий в саду и до сих пор висело у него перед лбом.

– Так у тебя тоже глаза поддельные! – ошеломлённо сказал он.

Братья Ту снова посмотрели князю под брови.

– У статуй твоих, – поправился принц Даньян. – Выходит, и тебя провели.

Простив друг другу былые обиды, князь Бао Чжу и принц Даньян Арра-ё крепко обнялись и вышли из темницы. Следом за ним поплелись и братья Ту.

– Наверное, проголодался принц, – предложил Ту Фанг, как только все они оказались на улице.

– Да и ты, уважаемый князь, обедать не закончил, – поддержал брата Ту Ливей. – И дела обсуждать.

Князь обрадовался возможности ещё больше загладить свою вину перед принцем и радушно указал рукой в сторону обеденной:

– Буду рад угостить уважаемого принца!

Так все четверо вновь оказались в обеденной.

В обеденную залу вошёл престарелый повар. Он служил ещё при дворе княжьего отца, а в нынешнее время занимался покупкой продовольствия на городском рынке.

– Уважаемый князь Бао Чжу, – промолвил повар, – небывалое сегодня на рынке произошло!

Небывалое произошло и в замке, поэтому Бао Чжу совсем не удивился.

– Что же там такое?

– Можете ли себе представить, уважаемый князь, что я сегодня увидал… – начал повар, но увидел недовольное княжеское лицо и решил перейти к сути: – Гу Цинь! Первую жену вашего почтенного отца.

– Померещилось тебе, – отмахнулся Бао Чжу. – Забыл ты от старости, что ли? Суждено было Гу Цинь от чёрной болезни погибнуть. А моему почтенному отцу было суждено мать мою встретить.

– Точно тебе говорю, уважаемый князь, – сказал повар. – Пусть мои глаза тотчас же ослепнут, если не видели они то, что видели.

И он принялся тереть глаза, будто пытаясь себя же ослепить.

– И что самое небывалое, почтенный князь, – продолжил повар со всем уважением, – не изменилась она. Вот нисколько. Столь же прекрасны её изумрудные глаза. И столь же ярко блестят золотом её пышные волосы.