Варвары ледяной планеты

Шорши ахает, когда обитающая в воде рыба-клык нападает на палку. Ее удивление пугает меня. Наша местность небезопасна большую часть года, но даже маленькие дети знают, что вонючие теплые ручьи кишат опасными существами. Рыба-клык может содрать плоть с взрослого двисти в считаные секунды. Шорши погибла бы прежде, чем я успел моргнуть.

Эта мысль заставляет меня прижать ее к себе. Она дрожит и в ужасе придвигается ближе.

– Смотри, – говорю я ей.

– Смотри, – повторяет она, глядя на меня огромными бледными глазами, которые не излучают свет кхуйи.

Они напоминают мне о ее уязвимости, хрупкости. Это надо исправить в самое ближайшее время.

Достаю свою дорожную сумку (ни один охотник не покинет племенных пещер без нее), нащупываю несколько красных снежных ягод, которые растут в избытке в это время года, разминаю их пальцами, смешиваю сок с горстью утрамбованного снега и бросаю все это в ручей. Затем снова поворачиваюсь к Шорши.

– Смотри.

Она наблюдает, ее лицо сосредоточено.

Я вижу ее удивление, когда вода начинает дрожать, и стая опасных рыб уплывает вверх по течению, спасаясь от ягодного запаха, который они так ненавидят.

– Им не нравится сок, – говорю я ей. – Они не вернутся сюда, пока луны снова не зайдут за горизонт. Теперь мы можем попить.

Она с любопытством смотрит на меня. Я подхожу к воде и наполняю свою фляжку, затем делаю знак Шорши, что она может пить воду прямо из ручья.

– Вс в прдке? – осторожно спрашивает она.

 – Мострв нт?

Киваю в ответ на какую-то белиберду, которую она говорит, и снова пью, затем умываю лицо пригоршней воды.

Это привлекает ее внимание.

– Помться? – спрашивает она, дергая меня за жилет. Теперь я вижу, что все это время она сжимала в руке мой костяной нож, без сомнения, испугавшись рыбы-клыка. Но ее взгляд устремлен на мое лицо, и она повторяет жест, сделанный мной минуту назад. – Помться?

– Да, ты можешь искупаться, – говорю я, забирая у нее нож, прежде чем она поранится.

Вместо него я протягиваю ей еще несколько ягод. Их запах не нравится живущим в ручье рыбам, а еще они служат отличным мылом. Я показываю, что Шорши может намылиться ими, и она выглядит взволнованной.

– Вектал, помыться? – спрашивает она, затем выдает еще один бессмысленный поток слогов, прежде чем повторить те же слова и изобразить купание. – Вектал, помыться?

– Ты боишься войти в ручей одна, мой резонанс? – Я поддразниваю.