В эфире

– Великолепно! – воскликнул Анхель, вновь чуть подняв плененную руку, – сам додумался?

– Ну а кто мне подскажет? Отпустите руку?

– Зачем? Чтобы ты снова на меня напал?

– Не буду я на вас нападать. Просто хотел проверить, не потеряли ли вы сноровку за год.

– А если бы потерял? Что тогда меня ждало? – спросил Анхель.

Несколько секунд Бруно обдумывал варианты ответов, пытаясь отыскать именно тот самый, который позволит освободиться от болезненного захвата.

– Ничего вас не ждало. Я просто проверял. Отпустите руку.

– …пожалуйста.

– Пожалуйста.

Анхель отпустил запястье, продолжая рассматривать палочку в своей левой руке. Юноша выпрямился и размял затекшее запястье. Он снова устремил свой взор на все еще вжимавшуюся в кресло Гертруду. Это был не простой взгляд, он был наполнен злобой и ненавистью, настолько сильной, что, казалось, это ощущалось в воздухе. Затем он взглянул на Гастона, все так же флегматично наблюдавшего за всеми развернувшимися перед ним событиями. Гастон еле заметно кивнул, и Бруно ответил точно таким же приветствием.

– Просто великолепно, – продолжал восхищенно бормотать Анхель, разглядывая палочку теперь уже у верстака под увеличительным стеклом, – надо же, все гениальное просто. Прекрасный концентратор силы. Пусть и не без серьезных недостатков.

– Нет у него недостатков, – громко проговорил Бруно, усаживаясь на пол возле высокого стога, с которого недавно спустился.

– Конечно же есть. Один я могу назвать сходу, не изучая предмет. Ну, кто может сказать, в чем минус вот такого вот интересного концентратора? В чем его слабость?

– Он хрупкий, – сказал Гастон, сложив руки на груди.

– Это во-первых. Одно из правил изготовления концентратора силы. Используемый предмет должен быть крепким.

– Это грецкий орех, – сказал Бруно, – его просто так не сломать. Говорю же, у него нет недостатков. Плюс еще и глаз можно выколоть, если возникнет необходимость. Что же мне кусок арматуры с собой таскать? Идеальный концентратор. Я сам его создал.

– Нет, Бруно, он не идеальный, – сказал Анхель, поднимая палочку с верстака, держа ее указательными пальцами рук с обоих концов, – кто еще предложит варианты? В чем его главный недостаток?

Прошло несколько секунд, прежде чем Гертруда робко подняла вверх правую руку. Со стороны могло показаться, что это у старого кресла выросла одна чужеродная конечность.

Бруно снова вонзил в нее свой тяжелый взгляд, его брови поднялись вверх, а скулы напряглись от давления.