Кортик фон Шираха

Поэтому в образовавшееся новое место, в новые ячейки памяти хлынул поток божественной силы; Артему даже просить не пришлось ни о чем. Все работало по установленным кем-то законам, Артем с библейским артефактом значительно расширил свою «память» и «быстродействие», и пустота заполнялась. И чем ближе артефакт был к Артему, тем шире пространство вокруг него было свободно для восстановления справедливости, чем адвокат в общем и занимался ежедневно.

– Тина, я лечу в Берлин. Мне в Потсдам надо в субботу, – обратился Артем к Валентине, приоткрыв дверь кабинета.

 – Посмотри пожалуйста на воскресенье рейсы Берлин – Цюрих – Берлин. Скинь расписание. Может, из Берлина метнусь в Швейцарию на пару часов. У меня там встреча с одним клиентом. Одним днем обернуться надо.

– А в Берлин из Москвы смотреть билеты? – Тина уже набивала в поисковой строке браузера слова «Берлин – Цюрих – авиабилет».

– Нет, в Берлин и обратно клиенты уже вроде билет заказали.

– Чего так срочно? Один летите? – Тина как-то странно взглянула не него, словно в чем-то подозревала.

– Валя… Тебе обязательно все знать? – Артем почувствовал раздражение.

– Да нет… Необязательно. Вам и отель наверняка «клиенты» заказали, – язвительно выделила Валентина слово «клиенты». – Просто обычно это я делаю.

– Бывает по-разному, знаешь ли, – Артем закрыл дверь кабинета, вновь посмотрел на ключ от сейфа и сунул его в карман.

Нужно было ехать в банк за ключом от швейцарского тайника. Артем вздохнул по поводу сложности придуманной им схемы хранения.

«Надо менять концепцию. Так не наездишься», – подумал он уже третий раз в этом году.

Глава 9

Артем приехал в аэропорт «Шереметьево», набравшись по дороге гнетущих впечатлений от перестроенной по вкусу нового градоначальника Тверской улицы. Главный исторический тракт Москвы стал похож на большую аллею мемориального кладбища. Гранитные тротуары, мраморные цветочные клумбы-гробницы в отсутствие больших деревьев играли в голове депрессивной музыкой «Лакримозы».

Большие деревья москвичам обещали со временем, но ходили слухи, что их не будет, ибо клумбы задуманы летом под юные деревца и цветы, а зимой под елочки.

«Москва – зимний город, елки с лампочками – будет красиво», – думал Артем. Летом все равно москвичи на дачах со своими клумбами, планктон катается в скоростных лифтах офисов, депутаты и сенаторы в отпуске на яхтах в Ницце, а город остается для туристов.