Непрощённый Грех

Из середины книги смотрел во все стороны большой глаз – вращаясь, он то замирал, то снова оживал, и в конце концов остановил взгляд на мне.

– Это знаменитая «Книга Жизней». В ней есть все – от начала и до конца Времен. Она наделена огромной силой, в ней хранятся секреты Вселенной. Чистые страницы означают: есть то, что даже нам, Всесильным Ангелам, знать не велено. Открывая эту Книгу, можно увидеть, что тебя ожидает… И сделать выбор. Поэтому я и просил тебя изменить решение… – Архангел видел, что достучаться до моего сознания очень трудно.

– Время сейчас не имеет счета? – спросила я.

– Именно, – ответил он.

Я как завороженная смотрела на Книгу, не в силах отвести от нее взгляда.

– Ты сможешь снова пережить самые важные моменты твоей жизни, – продолжал он. – Если открыть Книгу, то время для человека останавливается, и чем больше он в нее смотрит, тем быстрее проходит его жизнь.

Я продолжала смотреть на Книгу, купаясь в лучах ее волшебных камней.

– Смотри, – сказал Архангел.

Тайные скрижали загорелись темно-золотистым огнем, Всевидящее Око смотрело строго и властно, сияние камней слепило глаза. Страницы стали быстро переворачиваться, а потом книга раскрылась, и я начала внимательно всматриваться в приобретающие форму контуры.

Как на экране телевизора передо мной появилась маленькая девочка с вьющимися светлыми волосами, бегущая по безлюдному пляжу.

– Па-а-а-а-па, подожди! – Смеясь, она догоняла отца. – Подожди меня! – И махала одновременно двумя руками.

Улыбающийся отец посадил подбежавшую дочь на плечи и зашагал вдоль пляжа, с легкостью неся свою драгоценную ношу.

– Мирьям, тебе не холодно? – спросил он.

– Нет, я еще хочу погулять, папа, – капризно настаивал ребенок.

– Ну, как хочешь. Пойдем тогда к машине, заберем твой велосипед.

Я помнила тот момент. Мне было примерно пять лет, когда мы с отцом вдвоем отправились на прогулку. Стоял ноябрь, людей на набережной почти не было, и, громко крича, я каталась на велосипеде по асфальту.

Страницы вновь зашуршали, и возник следующий эпизод из моей жизни.

Я, уже немного старше, рисую с мамой картину. Вернее, она рисует, а я, вся по уши в краске, стараюсь ей подражать.