Связанные любовью

А еще ей всегда казалось, что императора окружает аура меланхолии, словно он носит в себе некую тяжелую тайну.

Так ли уж она хочет знать, какая именно тайна породила такую печаль?

– В таком случае, матушка, вам нужно написать императору и предупредить его о грозящей опасности. Император непременно пожелает вернуться в Петербург.

– Нет, – отрубила княгиня.

– Но правду скрыть невозможно.

– Именно это я и должна сделать.

Софья нахмурилась, отказываясь верить в то, что мать может быть настолько себялюбивой.

– Вы готовы подвергнуть Александра Павловича опасности только потому, что не желаете признаться в собственном неблагоразумии?

Темные глаза раздраженно блеснули.

– Боже мой, неужели ты ничего не замечала в последние месяцы?

– Вы имеете в виду бунт?

– Александр очень расстроен.

Мария поднялась, прошла по полированному полу. На лице ее явственно проступило выражение крайней озабоченности. – Он всегда считал Семеновский полк самым верным и предательство воспринял как удар кинжалом в сердце.

– Мы все желаем ему добра и здоровья, но он – император, – мягко напомнила Софья. – Он должен знать обо всем, что может угрожать трону.

Мария остановилась и, гордо подняв подбородок, посмотрела на дочь.

– Я намерена устранить все угрозы до возвращения Александра.

– Как? Если кто-то завладел вашими письмами…

– Не уверена, что их кто-то видел.

Софья потерла пальцами виски.

– У меня, матушка, от вас голова разболелась. Может быть, вам лучше начать сначала.

Мария устало вздохнула и, переведя дыхание, постаралась собраться и взять себя в руки.

– Неделю назад, на маскараде у графа Бернадского, ко мне подошел некий мужчина в маске, назвавшийся Голосом Правды. Заявив, что располагает письмами, которые я писала Елизавете, он пригрозил опубликовать их, если я не соглашусь заплатить сто тысяч рублей.

– Сто тысяч рублей, – прошептала Софья, пораженная размером названной суммы.

– Я и не намерена платить, – резко бросила Мария. – Ни рубля. По крайней мере до тех пор, пока не удостоверюсь, что письма действительно в руках этого мерзавца. В чем я сильно сомневаюсь.

– Почему?

– Потому что, когда вымогатель собрался уходить, я попросила Геррика Герхардта проследить за ним.

Софья вздохнула.