Казни Дьявольского Акра

Какой может быть план на такой случай?

– Да пойми же, она нарочно подставилась! Если бы она успела выпрыгнуть из окна или что-то в этом духе, он убил бы одного из нас, а другого взял в заложники. Поэтому она и позволила себя застрелить.

– Но ее сердце было в списке ингредиентов для воскрешения Каула! Она ведь наверняка это знала! По-моему, она и заперлась в этой петле для того, чтобы твари не смогли добыть ее сердце. Пожертвовать собой ради нас – это значило бы поставить под удар весь странный мир.

– Наверное, она надеялась, что мы остановим Мурнау.

Я начал возражать, но она меня перебила:

– Слушай, это все бесполезно. Теперь уже ничего не поделаешь. Остается только предупредить остальных. Нужно вернуться в Дьявольский Акр и рассказать всем, что случилось. И как можно скорее.

Ну наконец! Хоть в чем-то мы с ней пришли к одному мнению.

– И я даже знаю как, – сказал я. – На заднем дворе дома моих родителей есть карманная петля.

– Значит, нужно идти. Немедленно.

– И это при условии, что она все еще действует, – добавил я.

– Думаю, мы сразу все поймем на месте.

Внезапно раздался громкий металлический скрежет. Перископ завертелся сам по себе, рванулся вверх и, ударившись о потолок, разлетелся вдребезги. Мы пригнулись, прикрывая головы от осколков.

– Теперь мы точно не сможем увидеть, что там снаружи, – заметила Нур.

– Она, должно быть, в ярости, – сказал я. – И явно не собирается уходить.

– Значит, придется положиться на удачу.

– Рискнуть своей жизнью я могу, – сказал я. – Но если Каул действительно вернулся, мы не можем рисковать тобой.

– Ох, перестань…

– Нет! Пожалуйста, выслушай меня. Если пророчество не врет – а мы уже знаем, что оно правдиво хотя бы отчасти, – тогда вся надежда только на тебя.

– А, ты насчет семерых… – Нур нахмурилась.

– Сейчас ты в безопасности, – продолжал я. – И мы должны защищать тебя любой ценой. Ви не для того пожертвовала собой, чтобы ты закончила свои дни в желудке пусто?ты! Неизвестно, сколько мы провалялись без сознания. Несколько часов, а может, и дольше. Так что, прошу, давай подождем еще пару минут – это ничего не изменит. Вдруг эта гадина устанет и решит передохнуть? Тогда мы сможем что-то сделать.