Сосед

Так что, я должна… Я имею в виду, куда ты хочешь, чтобы я…

На этот раз Джош не стал ее дразнить, чтобы не усилить ее дискомфорт. Клара хотела встать, он мягко усадил ее обратно на диван. Его глаза остановились на ее губах, когда он наклонился. Клара различала каждую его веснушку, когда он был так близко. Боже, целовать Джоша, должно быть, – невероятное удовольствие. Но когда его рот оказался в нескольких сантиметрах от ее губ, она струсила, инстинктивно откинулась и со стуком ударилась головой о стену за диваном.

– Не волнуйся, Уитон. Я не нарушу правил.

Теперь она полулежала на диване. Джош дотрагивался до нее как осторожное животное, а не как любовник. Каждое его прикосновение было бережным, контролируемым. Напоминанием самому себе, что это не личные отношения, а профессиональные. Не удовольствие, а работа. Он раздвинул ее колени.

– Можешь закрыть глаза, если хочешь.

Клара с благодарностью приняла возможность отстраниться.

Она соскользнула на пару сантиметров ниже по дивану, позволяя телу раскрыться, и этим крошечным движением вплотную приблизилась к своему нравственному падению. Джош провел пальцем по нежной коже ее бедра, и Клара задрожала.

– Все хорошо?

Клара хотела что-то сказать, но слова застыли на языке.

– Все в порядке, – его голос стал хриплым, как будто кто-то прикоснулся к голосовым связкам наждачной бумагой.

Жар его дыхания на ее и без того горячей коже был как утонченная пытка. Пока Клара отчаянно пыталась освободить голову, Джош целовал ее по линии, где трусики соприкасались с ногой. От этого всю нижнюю половину тела Клары словно пронзало током. Прошло очень много времени с тех пор, как ее трогали с сексуальным намерением.

Джош использовал свой рот и руки с большим мастерством и терпением. Он касался то одного ее бедра, то другого с разной интенсивностью, но это не были заученные приемы. Он импровизировал и не задерживался на одном месте надолго, намеренно избегая наиболее чувствительной области. Это приводило Клару в упоение и отчаяние.

Наконец, он провел пальцами по передней части ее трусиков. Едва заметное трение о хлопок заставило ее задыхаться.