Любовный эксперимент

Как бы Наоми ни импонировала бунтарям, она считала, что ресурсы для установления здоровых интимных отношений они не должны контролировать.

– И нет, я не питаю иллюзий насчет происходящего. – Наоми драматично выдохнула. – Можете счесть меня наивной, но я думала, что к тому времени, когда перестану сниматься в фильмах для взрослых, мир станет более открытым. Я ошиблась. И знаете, почему? – она указала пальцем на взволнованную публику.

– Потому что, если кто-то и позволил бы мне преподавать, то им пришлось бы иметь дело с токсичной средой и токсичными людьми, которых они продолжают поддерживать.

– Мисс Грант, – Говард попытался вмешаться, – может, нам уже стоит перейти к следующему?..

– Вы никогда не злитесь, Говард? – Она поднялась на сцену и оперлась обеими руками о кафедру. – Статистика удручает. Наше общество столкнулось с проблемой романтических взаимоотношений, не говоря уже о дефиците оргазма. Чем раньше мы перестанем притворяться, что цифровой век не поменял нашу модель общения, тем больше шансов, что нынешнее поколение не вымрет от одиночества и сексуальной неудовлетворенности.

– Точно, – руководитель поправил воротник и повысил голос в попытке вернуть контроль над аудиторией. – Кто-нибудь еще желает сюда подняться?

Наоми вздохнула и вернулась в зал, не позволяя себе бурно реагировать на растущее напряжение вокруг. Ее датчик стыда давным-давно разрядился. Она сделала карьеру, будучи изгоем, и сплела свою броню из личного опыта. Было довольно просто абстрагироваться от остальных выступлений.

Он выглядел как манекенщик Кельвин Кляйн, и Наоми могла заявить это как женщина, которая переспала с изрядным количеством представителей этой профессии. Его борода отбрасывала забавную тень, в которой вполне можно было спрятаться от летней жары.

– Всем привет! Меня зовут Итан Коэн, – сказал манекенщик, – и раньше я преподавал физику в средней школе.

Наоми тут же захотелось узнать, почему прервалась его карьера учителя. Может, он кого-то заменял? Скулы мужчины заслуживали по меньшей мере ста тысяч подписчиков в Инстаграм. Пока он говорил, Наоми разглядывала его профиль. При более пристальном рассмотрении он оказался слишком низким и худощавым для подиума. Будь Наоми на каблуках, у нее было бы преимущество. Точеные черты отвлекали от более тщательного исследования внешности.