Любовный эксперимент

Итан кивнул, стараясь не особо задумываться о профессии Наоми, поскольку был уверен, хоть лично и не проверял, что для большинства своих проектов она снялась полностью обнаженной.

– Что следует после раздела о сексе?

Кто же, если не Лия, перейдет к сути дела?!

– Тут-то, по-моему, и начинается самое интересное.

Лия усмехнулась.

– Ну только ты можешь считать, что самое захватывающее происходит после секса.

Итан про себя решил отказать Лии в аренде машины, когда она неминуемо к нему обратится.

– Шестой раздел посвящен откровениям о прошлой жизни и обсуждению совместного будущего.

– Есть в этом нечто символичное, – радостно кивнула мать. Перебранка между детьми никак не портила ей удовольствие от семейного вечера. Дело было либо в этом, либо она успела выпить больше вина, чем он предполагал. – Еще кугеля[10 - Традиционное блюдо еврейской кухни, напоминающее запеканку или пудинг. Классическим является кугель из лапши с гусиным жиром, залитый яйцом.]?

– Да, спасибо. – Итан отрезал еще пару кусков.

Лия загнула очередной палец.

– И о чем же последний раздел?

– О расставании.

– Что? – переспросили одновременно Лия и Рене.

Итан опустил соусник.

– Наоми считает, что расставания неизбежны и самое благородное, что мы можем сделать, – это поделиться с людьми советами, которые помогут пережить разрыв.

– Что ж, – сказала мать, вытирая губы салфеткой, – эта Наоми определенно забавная.

– Не думаю, что расставание – это самое страшное в мире, – осторожно добавил Итан. – Нас никто не учит тому, как отпускать людей, как прийти в себя, как начать двигаться дальше.

Рене откашлялась.

– Нет, ты прав. – Она крошила халу, уставившись рассеянным взглядом на каминную полку. – Но сомневаюсь, что это хоть как-то поможет подготовиться.

Итан знал, что ее взгляд остановился на черно-белом снимке. На нем отец смеялся над крошечной рыбой, которую Итан поймал во время семейной поездки на озеро: его голова откинута назад, а кожа загорела после нескольких дней, проведенных под солнцем.

– Коварство горя в том, что, даже когда знаем, что оно грядет, мы недооцениваем нашу собственную способность к страданию.

Чувство вины начало разъедать Итана изнутри, подобно жидкости для розжига. Он понимал, что в глазах матери он выглядел человеком, который ударился в религию, в то время как Лия начала гоняться за приключениями.