Вспомнить, чтобы… забыть

– Лина? – переспросил Марат. – Вы говорите о девочке?

– Нет, к сожалению, не успела поинтересоваться, как ее зовут, – улыбнулась девушка. – Лина – это я. А вы…

– Марат, – соскочил со скамейки парень, а как еще надо знакомиться с красавицами?

– Знаю, девочка вас называла, – поторопилась объяснить Лина, – я хотела спросить: вы родственник?

– «Детки в клетку»? – опять устроился на скамейку Марат, только теперь сел чуть ближе к Лине. Странное имя. Среди его знакомых нет подобных. Но оно очень идет девушке.

– Забавный ребенок, – заметила Лина, шмыгнув совсем уж по-простецки носом. – А почему вы оказались в середине дня в сквере?

Чего он так боялся остаться с девушкой наедине? Слова вдруг перестали забываться и теряться, он смеялся, пересказывая, как летел через кусты и наткнулся на упрямого ребенка. Он актерствовал, изображая лицо администратора клиники, который втолковывает пациенткам, что сегодня их бородавки останутся по-прежнему на теле.

Лина забыла, что недавно плакала, бурно реагировала на каждую шутку, на каждую смешную фразу. При этом на щеках у нее появлялись симпатичные ямочки, а около глаз трогательные морщинки.

Из сквера они могли уйти только вместе.

– Так почему она плакала? – не скрывая любопытства, поинтересовался Кирилл.

– Ее любимая собака… умерла, – опустил голову Марат и еще раз, для убедительности повторил: – Да, умерла.

– Раз ты до сих пор числишься в холостяках, – хотел прояснить ситуацию Рыбарь, – значит, история не имела продолжения, вы расстались?

– Лина замужем, – выдохнул Марат и поднялся на ноги.

Ему захотелось сбежать: от расспросов Кирилла, из станции, из города, из этого мира. Но он умел в критической ситуации справляться с собственными эмоциями – результат долгих тренингов в ЦКМ. Поэтому сделал то, что позволяли условия ограниченного пространства: Марат ушел в соседний блок, в «бассейновую», где мог хоть какое-то время побыть в одиночестве.

Кирилл, захлопнув потрепанный блокнот, в котором делал пометки – еще один трагический персонаж выявился в экипаже! – отправился в кают-компанию. Очередной день завершен, наступает время отдыха.

Шум и хохот в кают-компании резко контрастировали с атмосферой личной неустроенности, которой буквально пропитался медблок.