Научи меня прощать

 – Но это было озвучено перед подписанием договора. На словах. И если они не были закреплены нотариально на бумаге, то можно сказать, что их и не было.

– Ты мстишь мне? – девушка неожиданно поднимает на меня свои большие выразительные глаза, которые я когда-то боготворил, а сейчас они лишь вызывали во мне очередную дозу раздражения.

– Месть? – прыскаю в кулак от ее слов и самоуверенности. – Ты видишь странный смысл там, где его нет. А теперь принеси мне имена тех сотрудников, которые пойдут получать пособие по безработице первыми.

И если не хочешь оказаться в самом начале этого списка, то советую тебе поторопиться. На все даю тебе ровно сутки. Опоздаешь – вылетишь из компании словно пробка от шампанского.

С каждой минутой нахождения рядом с ней, контролировать эмоции было все сложнее, и, казалось, что мне будет достаточно одного ее выпада или слова, чтобы сорваться. Я одновременно молил Бога, чтобы Мирослава молчала в тряпочку под моим колючим взглядом, но и тайно мечтал, чтобы она дала мне повод выместить на ней весь накопившийся за семь лет необузданный гнев.

И у нее это получилось.

Не успел я открыть дверь кабинета, как девушка наотмашь хлопает по ней ладонью, закрывая ту с громким хлопком, который, казалось, услышали сотрудники сразу на нескольких этажах.

– Тебе знакомо что-нибудь о защите прав сотрудников компании? Если нет, то могу наизусть зачитать его тебе, раз забыл, – если бы глаза девушки в этот момент метали настоящие стрелы, то я уже давно был бы ими убит. – В контракте черным по белому прописано, что настоящий директор не имеет права увольнять кого-либо за такие жалкие оправдания.

Даже уборщиков.

Наглости в Мирославе было не отнимать. Впрочем, она и раньше такой была, только с годами стала увереннее в себе и своих действиях, которые, ко всему прочему, сейчас могли стать ее погибелью.

Не давая себе отчета в том, что творю, хватаю девушку за горло и припечатываю ее хрупкое тело к стене рядом с дверью. Ее хрипящие от недостатка кислорода звуки и свист в легких были усладой для моих ушей, но даже не смотря на то, каким взглядом она сейчас на меня смотрела, это не помешало приблизить к ней почти вплотную свое лицо и зло прошипеть:

– Не забывайся кто ты и кому сейчас пытаешься перечить, – мой голос был тих, что обескураживало девушку еще больше.

 – Что, теперь ты видишь во мне только монстра? – веки девушки начали наполняться слезами от недостатка кислорода, но сейчас они меня нисколько не заботят. – Так тому и быть.