Картина

Природа, любительница пошутить, словно специально «создала» пару столь похожих внешне мальчишек. Разница в год незаметно стиралась, и ребята стали выглядеть словно близнецы. Мать баловала сыновей, покупала обновки и, подчеркивая необычность парочки, одевала их одинаково, подбирая вещи одного фасона и расцветки (поначалу, правда, разного размера).

Что удивительно, мальчишки и вели себя как двойняшки. Алексей ходил за Игнатом по пятам, причем, признавая старшинство, на полшага позади. Верил брату безоговорочно, во всем, повторял любую шалость, не задумываясь над последствиями.

Например, увидев, как Игнат разбежался и бесстрашно прыгнул с крыши в сугроб, и сам сиганул вниз.

Если Игнат рисовал, Алексей пододвигал табуретку и устраивался рядом. Поэтому отъезд младшего брата вслед за старшим в Москву был предсказуем и ожидаем. Парни оба поступили в художественный институт. Защитив диплом, по очереди устроились на работу в одно и то же творческое объединение. И даже мастерские их располагались в коридоре по соседству.

Подзаработав, сумели купить квартиру.

Но через несколько лет совместного труда между братьями пробежала «первая кошка» (если не считать детской драки за первенство в конкурсе юных художников). Игнат заявил, что долг старшего брата выполнил сполна, устал от постоянной опеки, должен сосредоточиться на собственной карьере, для чего требуется тишина, отстраненность и максимально возможное в современных условиях одиночество. Словом, ищущий славу художник предпочитает жить отдельно.

Алексей, как обычно, согласился. Братья разменяли одну квартиру на две в разных концах столицы, перейдя на телефонное общение.

И однажды, обсудив семейные дела, приехали в городок забирать Варвару. Игнат не сомневался: жилье у старшего сына удобнее, просторнее, район – престижнее, мать переедет к нему. Но неожиданно Варвара Николаевна выбрала квартиру-малометражку и отправилась к Алексею. Так открылась сыновьям правда о том, кого из детей Варвара любит больше.

Как объяснила Виолетта, она одна знала тайну Варвары, только близкой подруге поведала когда-то Страхова, что, стараясь внешне относиться к детям одинаково, в душе предпочитала младшенького, считая его более слабым, судьбой обделенным.

Муж, пока был жив, больше общался с первенцем, и Игнат успел насладиться любовью отца. Алексей, рожденный позже, в малолетстве беспрерывно болевший, крутился возле матери, и жил мечтами, что однажды удостоится отцовского внимания. Но не дождался.