Песнь огня

– Я имею в виду Стражников.

– Думаю, с голиафаном и драконорожденными у нас нет необходимости в других наездниках, не так ли?

В своем роде эта завуалированная угроза и была той информацией, которую я искал. Это означало, что Иксион станет использовать Стражников как рычаги давления. Значит, они все еще были живы. Значит, они ожидают его окончательного решения в какой-то темнице.

Снаружи донесся громкий шелест крыльев Нитера, и стекло снова задребезжало. Мое запястье зудело от желания снова ощутить браслет, от желания призвать Пэллора.

– Хранители – знаменитости Каллиполиса. Городские дети знают их по именам. Их не так легко вычеркнуть из памяти, и если вы хотите, чтобы ваша… наша… Реставрация прошла успешно, они нам понадобятся.

– Я готов оставить патрицианских Стражников. От остальных можно избавиться.

Избавиться. Как будто он очищал кладовую от испорченных продуктов. Патриции составляли, возможно, треть революционного флота. Поговаривали, что в жилах их семей текла и кровь драконорожденных, от иногда случавшихся браков с Тремя Семьями.

– Это как раз про меня, – сказал Пауэр.

Я видел, как Пауэр раздраженно говорил, что его мать была из Чипсайда. Но, похоже, сегодня такой вспышки не предвидится. И в этом не было ничего удивительного, потому что если что и можно было знать наверняка, так это то, что на Пауэра нельзя положиться. Мои пальцы начали сжиматься в кулаки.

– Некоторые из наших самых популярных наездников вышли из низов. Не говоря уже о самом высоком ранге. Кор сюр Маурана, Ричард сюр Баст…

И Крисса сюр Фаэдра, и Антигона сюр Аэла, только вот о них мне сейчас совсем не хотелось упоминать перед Иксионом.

– Но в том-то и дело, – сказал Иксион. – Ведь все это может сбить с толку людей. Подобно Антигоне Фархоллсерф, претендующей на титул Первой Наездницы, эти подозрительно высоко поднявшиеся наездники из низов создают впечатление, будто любой простолюдин способен летать не хуже драконорожденного.

Произнеся эти слова, Иксион ждал, не возразит ли ему кто-нибудь, а все остальные старательно прятали глаза. Фрейда ухмылялась, хотя непонятно чему.

– Вы видите, в чем трудность, – продолжал Иксион, удовлетворенный нашим молчанием. – Не может быть двух Первых Наездников, двух Алтерн, двух Терциев и так далее. Это бы всех ужасно запутало.