Песнь огня

Нижнему берегу Иксион готов оставить независимость Народной газеты, само собой, в пределах разумного, и более чем готов одобрить отмену законов о металлах, как решило Народное собрание в ходе референдума. Миранда Хейн заерзала на своем месте, услышав его слова.

– Миранда? – мягко обратился к ней Иксион.

С того места, где я сидел, был хорошо виден синяк на щеке Хейн. Ее тонкий голос звучал еле слышно:

– Появились вопросы о планах вновь открыть Лицей и… о критериях приема, теперь, когда тест на металлы был отменен.

Иксион улыбнулся:

– Ну, у нас есть много долгов, которые мы должны вернуть нашим щедрым благодетелям, – сказал он, кивнув в сторону Фрейды Бассилеон. – Я подумал, что образование могло бы стать непосредственным источником дохода. Государственные расходы в этой области были непомерно раздуты за счет государственных стипендиальных фондов Атанатоса, ставших совершенно ненужной роскошью в столь трудные времена. Пусть Лицей будет открыт для всех.

Миранда громко сглотнула. Глаза Лазаре сузились. Всем стало понятно, что те, кто сможет заплатить за обучение в Лицее, будут исключительно патрицианского происхождения, по крайней мере из семей новоявленной элиты.

Пауэр заговорил первым:

– Умно, мой господин.

Он не выглядел таким злобно-веселым с того дня, когда Атрей ввел программу продовольственного распределения.

– Спасибо, Парсиваль. Это подводит нас к вопросу о… Яникуле.

Яникул – это район на Верхнем берегу, у подножия Крепости, где располагалась большая часть особняков, принадлежавших патрицианским семьям. Многие из богачей, таких как Дора, сохранили свой статус после Революции, поддержав Атрея. Дора Митрайдс, застигнутая врасплох, оттягивая горло своего свитера, словно он душил ее, вскинула голову, отвечая на взгляд Иксиона:

– Думаю, вы найдете поддержку у Яникула, сир.

– Правда? Отлично. Потому что, пока Дворец восстанавливают, возвращая ему былое великолепие, драконорожденным необходимо где-то разместиться.

Глаза Доры расширились:

– С удовольствием, мой господин.

– Моя семья тоже сочтет за честь принять гостей, – заявил Пауэр. – Я имею в виду, моя приемная семья. Дом Гесперидес.

– Моя жена с радостью примет вас, мой господин, – добавил Ло Тейран.