Научи меня плохому

– И это говоришь мне ты? – с сомнением смотрю на брата. – Тот, кто в каждой девушке видит лишь кусок мяса после неудавшихся отношений?

–Прекрати, – Демьян с силой сжимает ручки кресла от злости на правду.

Из-за вздымающейся груди пуговицы на его идеально выглаженной рубашке готовы были в любой момент выстрелить мне прямо в глаз.

– Тебя бросили, – продолжаю спокойно, хотя у самого поджилки тряслись от его устрашающего вида. – Так зачем мне наступать на твои же грабли?

Гуляющие желваки на челюсти брата кричали мне забиться угол и просить пощады, но я знал, что Демьян никогда не обидит тех, кто ему дорог.

Спасибо Господи, что я был пока еще из их числа.

– Просто забудь ее и отпусти.

– Уже давно забыл, – сам себе кивает он, но почему-то мне кажется, что это тема по сей день дается ему с трудом.

В мире нет такого сильного чувства, как первая любовь. Она, как правило, самая сильная, и забыть ее практически невозможно. Ее провал ведет к боли. Боль – к ненависти. Ненависть – к одиночеству.

И именно такой путь выбрал для себя Демьян. Многие из семьи видели, как он намеренно грузит себя работой, лишь бы снова не поддаваться этому чувству. Теперь оно под запретом, а слово «любовь» стало для него самым ненавистным из всех возможных.

– Ни черта ты ее не забыл, – мотаю головой отрицая. – Я знаю, что ты все еще надеешься увидеть после ее всего, что она сделала с тобой. Думаешь можно просто так бросить того, кого любишь всем сердцем? Нет. Значит и она тебя не любила.

Но мне в очередной раз не удается вывести брата на чистую воду. Он встает из кресла и начинает измерять шагами гостиную.

– Твой язык хоть когда-нибудь отдыхает? – Демьян устало растирает лицо, возвращая на лицо маску спокойствия и безразличия, скрывая ту, что увидеть дано не каждому – уязвленную и давно потрескавшуюся из-за предательства. – Отец просил передать, что твоя свобода скоро закончится, как и деньги. Да и мне твоя помощь понадобится. Когда я займу его место, а это случится уже очень скоро, мне понадобятся свободные руки и уши.

Не все же время тебе вести себя как избалованному ребенку.

Среди всей нашей шайки Демьян был самым старшим, поэтому он первым взял на себя удар руководить филиалом за рубежом на несколько лет. Такое решение он тоже принял далеко не сразу. Всему виной были отношения с той, чье имя сейчас никто не смеет при нем произносить. Он боялся, что расстояние окончательно разрушат его отношения.