Разгадай мою смерть

На мистере Райте отличная итальянская рубашка из натурального льна и синтетический галстук с дурацким рисунком – вряд ли обе вещи выбраны одним и тем же человеком. Или то, или другое получено в качестве подарка. Если подарен галстук, то мистер Райт проявляет недюжинную любезность, надевая его. Забыла, говорила тебе или нет, но у меня появилась новая привычка размышлять на посторонние темы, когда мозг отказывается анализировать насущный вопрос. Я поднимаю глаза на мистера Райта.

– Тогда выходит, это был телефонный звонок.

Когда позвонила мама, мы принимали гостей. Закуски для воскресного ленча, купленные в магазине по соседству, полностью соответствовали духу Нью-Йорка: модные и стандартные. То же самое относилось к нашей мебели, квартире и взаимоотношениям – ничего домашнего. «Большое яблоко» без сердцевины. Понимаю, отступление от темы довольно резкое; впрочем, разговор о моей жизни в Нью-Йорке подождет.

Тем утром мы вернулись из заснеженного Мэна, где провели романтические каникулы в честь моего повышения – меня назначили директором по работе с клиентами.

– Конечно, на джакузи мы не рассчитывали, но горячая вода в душе пришлась бы кстати, да и стационарный телефон не помешал бы. Мы даже мобильниками не могли воспользоваться, у нашего оператора там нет мачт.

– Вы что же, вот так взяли и сорвались в эту поездку? – недоверчиво спросила Сара.

Как тебе известно, мы с Тоддом никогда не отличались любовью к экспромтам. Марк, муж Сары, едва не испепелил ее глазами:

– Дорогая!

Сара выдержала его взгляд.

– Терпеть не могу это твое «дорогая». Кодовое слово, означающее «заткнись», не так ли?

Ты поладила бы с Сарой. Она всегда чем-то напоминала тебя – может, поэтому мы с ней и подружились. Сара посмотрела на Тодда.

– Когда вы с Беатрис в последний раз ссорились? – поинтересовалась она.

– Мы не слишком любим устраивать спектакли, – ответил Тодд, лицемерно пытаясь поставить Сару на место.

Однако та не собиралась сдаваться:

– Значит, тебе тоже слова поперек не скажи.

Последовало неловкое молчание. Из вежливости мне пришлось прервать его:

– Кто-нибудь желает кофе или травяного чая?

Я засыпала в кофемолку кофейные зерна – только к этому «блюду» я в тот день и приложила руку. В кухню вошла расстроенная Сара.

– Беатрис, извини, что так вышло.