Псалом бурь и тишины

Он ответил какими-то подобающими случаю словами – что-то вроде «я приложу все усилия к тому, чтобы достойно возвестить о новой эре». После этого жрица оставила его, и он почувствовал себя так, будто ждал, что с минуты на минуту будет погребен под обрушившимися на него стенами храма.

«Я не понимаю, как функционирует твой разум, – сказал Идир, когда перед глазами у Малика появились черные пятна. – На прошлой неделе ты противостоял чудовищам и богам, а тут внезапно развалился из-за необходимости выступить перед горсткой людей».

Малик и сам не знал, почему в его мозгу вполне безобидные, не несущие угрозы для жизни вещи разрастались таким образом, что вызывали вселенскую тоску. Ему… ему надо выйти отсюда. Это все какая-то ошибка.

Фарид предупредил его, что использовать магию следует только в случаях крайней необходимости, но это и была крайняя необходимость. Он быстро соткал две иллюзии: собственный пустой образ, чтобы он ждал возвращения Жрицы Воды, и покрывало невидимости, которое он накинул на себя.

Покончив с этим, он выскользнул из комнаты и тихо прокрался мимо приставленных к нему караульных. Его уход заметили только несколько странного вида жуков, сиротливо пристроившихся на перилах лестницы.

От запахов, витающих в Храме Воды, у Малика кружилась голова. Слишком сильные ароматы курений, кувшинок, морской соли – и все это одновременно. Он как будто погрузился на дно океана. Надо вдохнуть свежего воздуха. Выйти наружу.

Но чтобы выйти из храма, нужно было пробраться через толпу прихожан, и хотя они не могли его видеть, желудок Малика скручивался узлом из-за их многочисленности.

Они толпились вокруг небольших фонтанов и совершали предмолитвенное омовение. В воздухе висело напряжение, люди, бросая по сторонам настороженные взгляды поверх поднятых рук, перешептывались о состоянии дел в Зиране после Солнцестоя.

«Говорят, Адетунде сбежал с принцессой Кариной».

«Сегодня здесь будет Избранник от знака Жизни. Как он выжил, ударив себя кинжалом в сердце? Может быть, он тоже колдун?»

«К сожалению, Фарид больше времени и внимания уделяет принцессе, чем управлению городом».

Каждая фраза была для Малика как укол иголкой. Если бы Фарид был здесь, вряд ли такие разговоры происходили бы. И, может быть, он бы подсказал, где здесь можно остаться одному на пять минут. Но Фарид действительно находился во дворце вместе с Ханане, решив пока ограничить свои появления на публике.