Псалом бурь и тишины

Но если учесть, что со дня Воскрешения принцессу еще никто не видел и сказки эти успели упрочиться в умах, люди, наверное, даже разочаруются, если у нее не окажется копыт на ногах или еще какого-нибудь чудовищного изъяна.

Так размышлял Малик, пока Фарид вел его, запинающегося, куда-то в глубь дворца. Из-за сохраняющейся угрозы нападения – со стороны как внешних противников, так и тех, что были в самом Зиране, – местонахождение принцессы Ханане держалось в тайне даже от тех, кто жил во дворце, поэтому на глазах Малика была повязка, а сопровождали его только Фарид и Страж из больничной палаты.

Он быстро потерялся в череде поворотов и уже совершенно не представлял, в какой части дворца они находятся. Страж за спиной Малика тоже заставлял юношу нервничать. Каждый шаг Малика, отдающийся эхом от стен, напоминал ему о том, сколько мирных эшранцев убили зиранские воины.

Как будто ты сейчас не можешь сделать с ними то же самое, стоит тебе только захотеть.

– Замолчи! – едва слышно прошипел Малик, и тут же пальцы Фарида крепче ухватили его за плечо.

– Что-то не так?

– Н-нет, все хорошо! – Мысленно выругав себя за то, что попался на удочку Царя Без Лица, Малик щелкал браслетом до тех пор, пока на внутренней стороне его запястья не образовалась саднящая полоса.

Его утешало в этой ситуации только то, что нигде не было видно темного народца – и теней в том числе. Еще во время Солнцестоя, когда Малик впервые попал во дворец, он заметил, что что-то не дает потусторонним существам проникнуть в Ксар-Алахари.

«Надо будет спросить Фарида, почему, после приема у принцессы», – подумал Малик.

Налево, направо, снова направо, затем вверх по лестнице, опять налево – и здесь наконец Фарид велел ему остановиться. В желудке у Малика взыграла желчь, когда кто-то объявил:

– Адиль Асфур, избранный от знака Жизни состязатель Солнцестоя, прибыл, ваше высочество.

Фарид снял с лица Малика повязку, и в неярком свете факелов юноша увидел перед собой обширный каменный зал, который, наверное, был древним уже тогда, когда крепость Ксар-Алахари только строилась.

Одна стена зала полностью была занята развешанным по ней оружием: мечами, копьями и щитами. В центре зала располагалась неглубокая овальная арена, ее каменные стенки были испещрены выбоинами, некоторые из них сильно напоминали следы от гигантских когтей. Воздух пронзал резкий запах – будто здесь недавно затушили костер.