Стамбульские Роксоланы

Как вы наверное догадываетесь, никто ничего не узнал об этом случае, но после этого я резко выросла, изменилась и замкнулась в себе, родители объяснили это моим половым созреванием и не очень докучали расспросами. Только через 3 года я смогла рассказать своей самой ближайший подруги Люси об этом происшествии и даже Дерья не знает об этом. Помню, что впервые когда я стала рассказывать Люси об этом позоре (тогда воспринимала ситуацию именно таким образом), я стала плакать и не могла остановиться. Люси видимо тогда уже была прирожденным психологом, целителем душ и интуитивно знала, как правильно вести себя в таких случаях, она просто гладила мои волосы и тоже ревела.

Это было первым и последним разом, когда я позволила дать волю чувствам, потом решила просто забыть, стереть из памяти этот опыт. И конечно же перестала верить всем парням. Мне казалось, что у них у всех на уме только «постель» и все, а я была романтиком и интим был у меня даже не на последнем месте, я его просто стёрла, как ненужную деталь в моей жизни.

Глава 7: секс и деньги

«Для женщин деньги связаны с любовью, для мужчин деньги – это свобода»

На фабрике нас предупредили, что в понедельник возвращается патрон, наверное, чтобы мы перестали болтаться и взяли «себя в руки» начав бодро работать. Люси была уверена, что как только родители Тимурчика узнают о его браке, то нас тут же выдворят за ворота, но я была другого мнения. Хорошие продавцы «на дорогах не валяются», а мы всего за несколько месяцев принесли Мехмедику очень большую прибыль и поэтому ему не выгодно избавляться от нас, тем более не мы же женили его сына, это было его решением.

В дальнейшем я оказалась права, ведь миром правят деньги… По крайней мере тогда я свято верила в эту мораль жизни.

Дерья звонила нам все реже и реже, у неё появились другие подружки с которыми она могла каждый день ходить в гости и по магазинам, а потом показывать свои наряды, мы не ревновали её, но было чуточку обидно за её безразличие.

Где-то в глубине души я уже сделала вывод, что нашу Дерью «испортили» деньги, но даже с Люси я постеснялась поделиться своей теорией, потому что она ни за что бы меня не поддержала и даже пристыдила бы за такие крамольные мысли.

Конечно, прежде чем сделать такой вывод про человека, которого я знала «чуть ли не с пелёнок», я долго размышляла, анализировала её личностные качества, поведение и конечно же ставила себя на её место.