Мисс Динамо

Парень не понимал даже самые толстые намеки, или же просто делал вид, что не замечает, пока в это время Роза с раскрытым ртом слушала комплименты от молодого человека, подсевшего к ней для знакомства.

Досталось ей от меня тогда знатно.

Но уже через неделю, когда я отошла и перестала держать груз злости и разочарования, Роза решилась пойти на контакт и очень долго извинялась за свою слабость. Мы с ней были словно чрезмерно влюбчивый «Инь» и грозный, самовлюбленный и временами агрессивный «Ян», которые так гармонично дополняли друг друга.

Подходя к лифту на первом этаже, охранники торгового центра, что обитали неподалеку, кривили свои носы и усмехались от одного моего внешнего вида, что было мне только на руку.

Значит, если этих мужчин воротит от меня, то как отреагирует мой очередной «отказник»?

Азарт с каждой минутой все быстрее разгонял кровь по моим венам, заряжая адреналином.

Пока Роза пыталась слиться с толпой зевак, я почувствовала на своем затылке чей-то острый взгляд, от которого стало не по себе.

Мысленно шлю ему проклятия о скорейшем простатите и молча захожу следом. Изо всех сил стараюсь унять злость и не сорваться, чтобы не гавкнуть на парня, потому что если это произойдет, то меня уже никто не остановит.

– Никак иначе сегодня на рынке распродажа дачного тряпья? – с открытой издевкой спрашивает он, хотя мне сейчас было не до его шуток.

– Нет, раздавали бесплатно в честь сокращения популяции мажоров, – бью в ответ не менее колко, из-за чего на лбу парня пролегла хмурая морщинка – я видела это в отражении спереди. – Напыщенный индюк.

Помимо нас в лифте едут еще пара человек, но встревать в словесную баталию они явно не собирались и вышли раньше нас на втором этаже. А я и жалкая пародия Керема Бюрсина[1 - Керем Бюрсин – турецкий актер.

– Деревенщина, ты случаем адресом не ошиблась? Сбор урожая и прополка грядок по другому адресу. Где-то на окраине города, да и то в лучшем случае, – ощущаю тычок пальца у себя между лопаток, словно он пытался оттолкнуть меня от себя, как вонючую зверушку. – Эй, ты меня слышишь?

– Руку убрал, – рычу я, пыхтя как паровоз, и отмахиваюсь от придурка. – Иначе ты свой веник не в руках понесешь, а в чем-то другом.