Конец лета. Пустой дом. Снег в апреле

Но я не говорю им, что это местечко в каких-нибудь десять ярдов…

На верхней полке книжного шкафа стояли фотографии и моментальные снимки, куда меня тянуло как магнитом.

– Это ваша мама? И отец? И вы сами?.. – Мой взгляд упал на мальчика лет двенадцати с очаровательной улыбкой. – Это вы?

– Да, я.

– Тогда вы не носили очков.

– Я не носил их до шестнадцати лет.

– А почему начали?

– Несчастный случай. Мы играли в «зайца и собак» в школе, парень, бежавший впереди меня, задел ветку, и она отскочила мне прямо в глаз.

Это была не его вина, такое могло случиться с каждым. Но я частично ослеп на этот глаз и с тех пор всегда ношу очки.

– О боже, какой кошмар!

– Да я бы не сказал… Это не мешает мне заниматься тем, что мне нравится… Вот только в теннис я не могу играть.

– А почему не можете?

– Я не совсем понимаю почему, но если я и вижу мяч, то не могу по нему попасть, а если попадаю, то не вижу. Так что игрой это не назовешь.

Мы прошли в кухню, которая была маленькой, как камбуз на яхте, и такой чистой, что я почувствовала стыд, вспомнив о собственном доме.

Дэвид заглянул в духовку, где оставил запеченную картошку, а затем нашел сковородку и достал из холодильника заляпанный кровью сверток, в котором оказались два толстых куска абердин-ангусской говядины.

– Вы приготовите или я? – спросил он.

– Лучше вы… А я накрою на стол или еще что-нибудь. – Я открыла дверь, которая вела на террасу, где было не по сезону жарко. – Мы можем поесть снаружи? Тут как на побережье Средиземного моря.

– Конечно, если хотите.

– Тут просто рай… Мы сядем за этим столом?

То и дело попадаясь Дэвиду под руку и спрашивая, где все лежит, я наконец накрыла на стол. Пока я делала это, он нарезал салат, развернул хрустящий французский батон и достал из холодильника маленькие блюдца с заиндевелым маслом. Когда все приготовления были закончены и бифштексы тихо шипели на сковородке, он налил два бокала хереса, и мы вышли на солнце.

Дэвид сбросил пиджак и откинулся на спинку стула, вытянув перед собой длинные ноги и подставив лицо солнечным лучам.

– Расскажите мне про вчера, – вдруг попросил он.

– Про вчера?

– Ну да. Вы же собирались в Лейриг-Гру, – он искоса взглянул на меня, – или нет?

– О! Да-да, мы там были.

– И как все прошло?

Я задумалась, что ответить на этот вопрос, и поняла, что толком ничего не помню, за исключением странного разговора с Синклером.

– Было… Неплохо. Замечательно, правда.