Митчелл. Безликие

Не нужно быть мной, чтобы заметить, как он подтянулся и горделиво приподнял голову от взгляда мисс Дэвис.

– Так и что это значит? – не выдержал Роско, подавшись вперёд. – Это что-то плохое? – мой помощник растёр плечи. – У меня мурашки по коже от того места.

Однако вместо того, чтобы ответить на вопрос Роско, мисс Дэвис перевела довольный, но в то же время льстивый взгляд на меня. Она улыбнулась, неспешно проведя кончиком языка по верхнему ряду зубов, и не отрывает глаз от моего лица.

Да в чём дело?

– А ты провёл меня, детектив.

– Не понимаю, о чём ты. – нервно усмехнувшись, ответил я.

– Понимаешь, Митчелл. – мягко, но всё же настаивала Дэвис. – Очень неплохо.

Алекс непонимающе смотрит то на меня, то на супругу и периодически посматривает на реакцию Банколе. Кажется, то, о чём говорит Рут, понимает только она одна.

Я повержено поднял ладони перед собой. Если мы и дальше продолжим играть в гляделки-угадайки, то никогда не раскроем дело.

– Ладно. Не понимаю, о чём ты, но давай вернёмся к символам. – я отодвинул от себя пустую чашку из-под кофе и подался в сторону Дэвис. – Что могут значить спирали и причём тут руна Йера?

Медиум согласилась коротким кивком и, опираясь на локти, подалась ко мне.

– Кто был во второй комнате?

– Там было два старых трупа. Завёрнуты в плёнку и засыпаны содой. Мы с Мэттом предполагаем, это сделали, чтобы трупы не нашли раньше времени. Правда, сода могла уничтожить остатки плоти гораздо быстрее.

– Я, конечно, не детектив, как ты, Митчелл, – с явной издёвкой сказала Рут, – но та комната наверняка была запечатана. Если не магическим образом, то сам вход точно перекрыли. И не просто дверь заперли. – Дэвис кончиками пальцев отодвинула мобильник в мою сторону. – Я права?

– Как всегда.

– Тревора и Ким убила сама Кэйтлин будучи уже демонической сущностью, – приглушённо продолжила медиум, – это «удостаивает» носителей Оталы после смерти возвыситься до высшего уровня, до Йеры.

Рут приняла задумчивый вид. Не хочу нагнетать, но это её лицо не сулит ничего хорошего. Она не договаривает. Если не многое, то просто очень существенную деталь. Крошечку, но слишком важную.