Митчелл

– На меня напали за пару дней до убийства, – наконец сказал Фань. – По голове ударили, но ничего не взяли. Я сначала и впрямь решил, что это просто совпадение, – мужчина написал номер телефона на визитке химчистки. – Вот, – протянул он бумажку мне, – эта медсестра, думаю, могла бы подтвердить мои слова.

О неком Бруно Броке я не стал пока расспрашивать Фаня. У меня всё ещё мало проверенной информации об этом человеке.

Медсестрой оказалась небезызвестная мне Саманта Кеньон. Мы уже встречались, когда я занимался делом Элис Блэк.

Девушка предложила встретиться недалеко от больницы, в которой она работает, и сказала всё точь-в-точь, как до этого рассказал Фань: на него напали, Юн отделался лёгким сотрясением и незначительным ушибом правой руки.

– Я знаю семью Фань довольно давно, – поделилась Кеньон. – Мы познакомились года три назад, когда я только перебралась в Бруклин из Расина, это в Висконсине, – рассказала Саманта. – Некоторое время мы были соседями, пока Юн не начал собственный бизнес. Потом они перебрались в свой красивый дом.

– И Вам ничего не показалось странным? – поинтересовался я. – Возможно, мистер Фань очень быстро начал собственное дело?

– Дэйю, его замечательная супруга, говорила, что Юн занял у кого-то определённую сумму, чтобы начать. Может, у них были какие-то хорошие знакомые, потому что я не знаю никого такого, кто может дать большую сумму малознакомым людям, – Кеньон сделала пару глотков свежевыжатого апельсинового сока.

– Почему Вы считаете, что сумма была большой? Поймать с поличным на лжи – то что нужно, чтобы выведать подробностей больше, чем хотела бы рассказать Саманта.

– Я, может быть, и выгляжу не самой умной, но своё дело с нуля без крупных вложений не начнёшь, – робко улыбнулась она. – Разве я не права, детектив?

Что ж, мне нечего добавить. Мы расстались, наверное, сразу после этого. Оставшееся время я просидел за работой, но уже у себя дома. Несмотря на занятость, я периодически обращаю внимание на окно. На противоположной стороне улицы уже битый час из стороны в сторону ходит мужчина в широкополой шляпе.

Стоит мне перейти в другую комнату, окно которой также выходит на эту сторону, он перемещается, чтобы наблюдать за мной. Раз в несколько часов он кому–то звонит. Разговор длится не особо долго, около минуты или двух, не больше.

Особое внимание я уделил сведениям, которыми со мной любезно поделился Дормер. Интересующая меня Рут Дэвис появилась в Бруклине два года и семь месяцев назад.