Любовь Митчелла

Лучше, чем ты, у меня друга не было и в ближайшее время не предвидится.

Я не стал слушать недовольство Дормера и положил трубку.

«Felicit?[1 - Felicit? (итал.) – счастье]». Разумеется, именно здесь Александр Райз предпочитает встречаться со мной по делам. Надеюсь, ему нечего скрывать. О Боже мой, я никогда ещё так не надеялся, что Алексу нечего от меня скрывать!

Среди обыкновенных гостей я сразу же заприметил Рэда. Он сидит в дальнем углу в обнимку с Самантой. Они о чём-то мило разговаривают и улыбаются.

Затем в противоположном углу на глаза попался Сесто. Один из главных доверенных лиц Князя занят какими-то бумагами. Сабини что-то считает и между делом потягивает зелёный чай с жасмином.

В самом центре зала ко мне резко подскочил один из официантов и затараторил что-то на итальянском. Разумеется, я смог разобрать из всей его речи только собственное имя.

– Какими судьбами, Митчелл? – вполголоса поинтересовался Сабини.

– Работа обязывает. – натянуто улыбнулся я.

Сесто неожиданно остановился прямо передо мной, и я чуть не врезался в него.

– Знаешь, среди людей Князя ты уже как примета. Похуже чёрного кота. – без шуток сказал он. – Не вздумай втянуть нас ещё во что-нибудь.

– Именно это я и пытаюсь предотвратить. – строго ответил я.

Не то Князь услышал наши голоса, не то он просто устал ждать, но Александр сам вышел и спровадил Сесто.

В комнате, привычно, приглушён свет. Прохладно. На столе разложено множество документов. Сплошные таблицы и много цифр. Неужели, Райз сам проверяет бухгалтерию? Перенял полезную привычку у Аншеля? Забавно, потому что они терпят друг друга только из-за Рут. Однако взаимная неприязнь нисколько не мешает их искреннему уважению.

Среди бумаг скромно стоят полупустая чашка с остывшим кофе и стакан простой воды с долькой лимона и листиком мяты.

Алекс парой движений освободил стол и сложил документацию на свободный стул. Я с некоторой опаской сел за стол и уставился на Райза, словно в первый раз его вижу. Спустя пару минут молчания ситуация стала напрягать не только меня, но и моего собеседника, с которым мы до сих пор не обмолвились ни единым словом. Даже банальное приветствие пропустили.

Я всматриваюсь в его лицо.