Череп под раковиной

Дженкинс спрятал трубку во внутренний карман шубы и вернулся к работе.

Мы копали примерно на одном участке, потом я взялся вытаскивать деревья и убирать булыжники, в то время Дженкинс всё ещё без устали разгребал снег. Я уже запыхался, стюарды едва стоят на ногах, а Николас как ни в чём ни бывало орудует лопатой дальше.

Стемнело. Света ламп хватает разве что пока они находятся рядом, когда отходишь на пару шагов тебя накрывает темень. Невидно ни куда копать, ни что копать. Завал превратился в неведомое чудовище, развалившееся на пути игрушечного поезда, а мы, вероятно, кажемся не более, чем оловянными солдатиками рядом с ними.

– Всё, перекур! – воскликнул я, когда силы окончательно меня покинули. – Предлагаю продолжить на рассвете. В темноте всё равно ничего не видно.

Со стороны вагонов показался огонёк. К нам вышел начальник поезда. В годах, с пышными полуседыми рыжими усами в пол-лица, которые на морозе тут же покрывались инеем.

– Если мы пробудем здесь до утра, то у нас угля не хватит, чтобы добраться до города.

– Дрова сгодятся? – присоединился Дженкинс. – Деревьев здесь куча. Лес не обеднеет, если мы срубим парочку.

– Здесь сплошной ельник, им топить нельзя, – возразил начальник поезда.

– Как Вас? – поинтересовался Дженкинс, и я впервые заметил у него отдышку.

– Ричард Беннетт, сэр, – ответил он, приподняв фуражку. – Начальник поезда.

– Мистер Беннетт, я уверен, в лесу найдётся пара-тройка других деревьев, – сказал Николас. – Вопрос в другом: на сколько нам хватит этих деревьев? Как долго они будут гореть?

– Даже двух стволов средней толщины хватит, чтобы сдвинуться с места и доехать до ближайшего вокзала.

– Значит по рукам? – я перенял инициативу. – Ждём до рассвета?

– А делать-то что?

Беннетту явно не нравилась перспектива провести ночь в лесу. Он вышел чуть вперёд, оценивающе взглянул на завал и что-то пробормотал. Помимо нехватки угля, мы все слышали леденящие кровь истории о нападении диких животных, а что ещё хуже: на поезда иногда нападают разбойники.

– Ладно, что уж поделаешь? – сказал он. – Вернёмся в поезд, господа. Работа-работой, а ужин ждать не будет. Выпьем, чёрт возьми, чтоб этот проклятый снег скорее растаял!

Возражений не возникло. Наоборот, среди стюардов послышались одобрительные выклики. Все устали, потому не мешкая собрали вещи, инструменты и фонари, и последовали за начальником поезда.