Плененная тьмой

Незнакомец не просто заполняет собой пространство – кажется, что весь бар буквально пропитан им. Если раньше здесь царило веселье, то теперь безраздельно властвует он. Мужчина долго смотрит прямо мне в глаза. Я думаю, пролетела целая вечность, хотя прошло от силы несколько минут, и, к моему ужасу, мужчина медленно кивает мне, словно разрешая подойти. Нет, он не зовет, а именно разрешает.

Может, усталость сыграла со мной такую шутку или же я опьянела от паров алкоголя, но я не могу отделаться от чувства, что качусь в пропасть на бешеной скорости, не имея возможности притормозить.

Я подхожу к его столику на негнущихся ногах и смотрю на незнакомца, не в силах отвести взгляд. Тонкая белая рубашка облегает его тело, открывая уголок смуглой кожи под не застегнутой верхней пуговицей. Пальто он снимать не стал, словно не собирался здесь задерживаться надолго, оно и верно. Пабы вроде нашего всегда были домом для рабочих мужиков с рыжей бородой и в клетчатых рубашках или студентов, решивших, что они достаточно взрослые, чтобы напиться вдрызг, запивая неудачи с девушками алкоголем.

Все они вперемешку с отдыхающими туристами в модной одежде и теми, кто предпочитал спортивный стиль, всегда толпились именно в нашем пабе. Этому же мужчине больше подошел бы элитный ресторан где-нибудь в центре с видом на реку Лиффи. Здесь же он смотрится как диковинная птица в сельском курятнике.

– Что будете заказывать? – хрипло интересуюсь я, боясь ответить ему взглядом.

– Виски со льдом, – произносит незнакомец низким бархатным голосом, от которого у меня все волоски на теле становятся дыбом.

Да кто он такой? Почему мне кажется, что я готова потерять сознание прямо тут? Я с вызовом смотрю ему в глаза, пытаясь собраться с мыслями. До закрытия бара остается всего лишь час. Мне просто нужно выдержать эту смену. И если еще недавно я думала, что главной моей проблемой является парень-стереотип, то этот посетитель со взглядом хищника заставляет меня изменить свое мнение.

– Какие предпочтения по виски? У нас есть…

– На ваш вкус, – обрывает он меня на полуслове, и я с облегчением выдыхаю.

Каждая секунда возле него подвергает мою нервную систему немалому испытанию. Круто развернувшись на пятках, я несусь в направлении барной стойки.

Когда я отношу заказ молчаливому незнакомцу, меня окликает тот самый клиент с сырными палочками:

– Эй, ты! – заплетающимся языком голосит мужчина. – Поди-ка сюда!

Я внутренне съеживаюсь от такого отношения.