Не играй с огнем, девочка. Наследник для врага

Мысль о еде поднимает настроение.

– Не задерживайся! – улыбается в ответ женщина и уходит, а я быстро ставлю инвентарь в подсобку и бегу наверх, в свою комнату. Скидываю с себя униформу и, взяв полотенце, несусь в душ, который, к моему счастью, находится прям за моей комнатой.

Смыв с себя пот и пыль, я переодеваюсь в домашний трикотажный костюм и иду обратно к себе. Дом вокруг настолько тихий, что кажется, в нем все вымерли. Коридор утопает в темноте, и я ускоряю шаг. Почему мне так страшно? Аж мурашки по коже.

Захожу в комнату и, развесив полотенце на спинке кровати, иду к тумбочке, на которой лежит мобильный телефон. Включив его, я вижу несколько пропущенных от Паши.

Надо же, позвонил. Неужели волнуется, что я в доме у такого опасного человека, как Аким? Или случилось что-то еще?

Перезванивать не хочу, помня обиду, которую он мне нанес. Но как только кладу телефон обратно, сразу раздается звонок. Да уж, видимо, что-то действительно случилось, раз он не может угомониться.

– Да?

– Рита! – кричит в трубку Паша. – Ты жива?

– Ну да, что со мной будет?

– Ты все-таки пошла к нему, да? – с непривычным для меня волнением спрашивает парень.

– У меня не было выбора, ты же знаешь.

– Рит…

– Что ты хочешь? – нервно спрашиваю я. Мне надоело слушать его. Я хочу есть и спать, а еще я дико устала…

– Я переживаю! – выдыхает он.

– Понятно, – только и говорю я. – Ничем не могу помочь.

– Рит, давай встретимся, – робко тянет Паша, а я закатываю глаза.

– Зачем? По-моему, ты все сказал в прошлый раз.

– Нужно поговорить. Пожалуйста.

Молчу несколько минут, раздумывая над предложением бывшего парня, он никогда еще так не говорил со мной. Будто действительно сожалеет. Закусываю губу, сомневаясь в его искренности, но потом выдыхаю:

– Ладно, давай.

– Супер! Давай на нашем месте? Во сколько тебе удобно?

Вспоминаю слова Акима, что график у меня ненормированный, и решаю договориться на обед.

Не знаю, правильно ли я поступила, что решила выслушать его. Люди, которые разочаровали меня единожды, больше никогда не могут вернуть мое доверие. Так почему я согласилась? Наверное, все дело в том, что именно сейчас я ощущаю, что хожу по тонкому лезвию. Опасность пульсирует в моей крови ежеминутно. И мне безумно хочется почувствовать поддержку, защиту.