Черная вишня

Впрочем, в одиночестве я не осталась, заглянул обеспокоенный Альгер:

– Шер сказал, что ты очнулась.

– А он не сказал, что я зверски голодна и потому опасна для окружающих?

– Так вот зачем он так рванул на кухню! – улыбнулся маг. – Но учти, придется показаться целителю. Ты не выглядишь изнеженной барышней, падающей в обмороки от дорожной усталости.

– Какому-нибудь местному коновалу? – фыркнула я.

– Вообще-то целитель тут я, – подмигнул парень, разваливаясь в кресле.

Кто-то постучал, и я натянула покрывало до плеч.

– Надо же, светлость – а с подносом.

– Я решил, что мы можем поужинать и в покоях, – невозмутимо ответили мне.

– Знаете, дорогой герцог, вы рискуете остаться голодным.

Плотоядно облизнувшись, я уже покинула кровать и сооружала бутербродище, кутаясь в покрывало и пытаясь при этом не потерять платье. Коварный наряд неумолимо сползал под своим весом.

Шердан заинтересованно понаблюдал за моими попытками не остаться без одежды, но сжалился и принес из смежной комнаты халат. Мужской.

– Благодарю! Отвернитесь хоть, – нашла я в себе силы оторваться от сочного ломтя буженины на хлебе. На Шердана я немного злилась.

Альгер оценил мое нерадужное настроение, соорудил себе бутерброд больше моего и покинул комнату, сославшись на дела бесконечной важности. Герцог отвернулся к окну. А я позволила ткани соскользнуть и накинула халат.

– И как мне теперь обращаться к вам, ваша светлость? – Да, я сама язвительность. – Сколько дней уже мы катим по вашим владениям?

– Два, и не по моим лично. Собственность рода и вопросы наследования в шайсаратах мы тебе еще не объясняли. – Шердан нехотя отвернулся от окна, и я вдруг подумала о зеркальных свойствах стекла. – Ты разве не сможешь больше звать меня по имени?

– Почему же, смогу. Только давай сразу проясним ситуацию. Твое недоверие я вполне понимаю, но если «землевладелец» оказался соправителем шайсарата, то «сотрудник службы безопасности» может оказаться… – Я прищурилась, прикидывая статус.

– Одним из заместителей, – поправил меня этот конспиратор и улыбнулся: – Думающие женщины – это отвратительно.

Я рыкнула и заходила по комнате.

– Барас – это что? – припомнила я.

– Это род. Не богатый представителями, но влиятельный. В младшую ветвь старик Когрем Барас почти принял тебя сегодня днем.