Бесконечность: Начало

Глаза улавливали там какое-то едва заметное движение, но света было недостаточно, чтобы различить хоть что-то внятное. Зато сам зал, усыпанный тушками тощих, почти слепых тварей, просматривался хорошо. В нос била тошнотворная вонь, но я игнорировал ее и продолжал осматриваться. Здесь Лассе столкнулся с кротолюдами. Каждое из этих созданий удостоилось чести быть убитым в голову его Сестричками – двумя самозарядными стрелометами ручной работы. Лишь через несколько мгновений я краем глаза заметил самого истребителя.

Лассе сидел, привалившись спиной к стенке зала, и полуприкрытыми глазами смотрел на меня. Рукой он из последних сил зажимал рану на своей шее. Я вернул оружие в ножны за плечами и подбежал к нему, по пути сорвав с рук перчатки и пытаясь нащупать хоть клок чистой ткани на своей одежде, чтобы остановить кровь. Но оказавшись рядом с ним, я понял, что рваный укус – меньшая из бед. Другой рукой Лассе придерживал то, что осталось от его внутренностей. Заметив это, я старался больше не опускать взгляд и посмотрел ему прямо в глаза.

Я уже ничем не мог ему помочь. Хотелось как-то подбодрить его, успокоить. Может, даже соврать, что все будет хорошо, что ему нужно просто немного отдохнуть. Но в глазах Лассе читалось понимание того, что его путь окончен. Он не справился с испытанием. И вместо слов поддержки я выдавил лишь сухое:

– Как же ты… так?

Истребитель пытался прохрипеть что-то в ответ. Он перевел взгляд с меня на проход, из которого и я услышал хруст и шорох осыпающейся горной породы.

– Бе… – еле слышным шепотом произнес Лассе и сглотнул, – беги…

Он убрал ладонь от шеи и теперь пытался не глядя нащупать что-то рядом с собой. Стреломет. Но тот лежал в нескольких метрах от нас, выдавая себя тремя голубоватыми огоньками.

Разрывные стрелы. Он успел зарядить их и даже один раз пустить в кого-то. И либо промахнулся, либо…

За моей спиной послышался утробный хрюкающий рев. В то же мгновение, как по команде, со всех сторон на свет начали высовываться уродливые морды с неестественно огромными, совершенно черными, глазами.

Они с опаской наблюдали, как я вынимаю оружие. Будто изучали повадки своей новой жертвы. Я на это лишь невольно усмехнулся. Несмотря на умирающего позади меня товарища, во мне впервые за дни испытания росла самодовольная уверенность. Лассе сглупил и принял бой на открытом пространстве, где не смог удерживать врага на дистанции.