Пустота

Дверь за его спиной хлопнула и вскоре его взгляду предстала эффектная в гражданской одежде шатенка:

– Здравствуйте, – протянула она свою тонкую, но крепкую ладонь, – меня зовут Катерина Солнцева.

Во внешности следователя его всего более зацепили глаза – широкие, с необычным для европейки разрезом, слегка устремленные дальними уголками вверх.

– Выглядите ярко для такого места, – встав, Вячеслав пожал ее ладонь, чуть задержав в своей.

(«Интересно, как она среагирует на мелкий раздражитель», – пронеслось в голове у Северского за секунду до этого.

Катерина вопросительно взглянула на него, и он тут же ослабил хватку.

(«Интеллигентна», – отметил для себя Вячеслав.)

– Вы, конечно, не верите, что это не мои наркотики, так ведь? – бегло, но вкрадчиво начал он. – Не верите, что мне их подбросили?

– Вы слишком категоричны, Вячеслав Евгеньевич! – небрежно бросила Солнцева, усаживаясь напротив него. – Пока я не исключаю такой возможности.

(«Сюсюкается?»)

– Так может, посмотрите камеры? – осторожно предложил он.

– Мы их посмотрим, безусловно, – по-деловому сухо ответила следователь. – Материалы в «Ленте» запросили, завтра просмотрим записи.

(«Значит, хотим поболтать, – заключил Северский. – Проверим»)

– Получается, этот наш разговор ни к чему? – глядя девушке прямо в глаза, вопросил задержанный.

Катерина вздохнула, учтиво указывая тем самым на необдуманность и глупость такого предложения. В этой паузе мозг Вячеслава не получил для обработки новой информации, и взгляд его непроизвольно соскользнул вниз по ее телу.

(«Приятная фигура», – заключил он, когда его глаза прилипли к облаченной в обтягивающую блузку груди девушки.)

– Вячеслав Евгеньевич, а вы не допускаете, что камеры не будут содержать нужных кадров? – поучительно вопросила она. – Ведь могут быть мертвые зоны, могут быть ракурсы, где вас кто-нибудь загораживает… Но если хотите, – она угрожающе начала собирать принесенные с собой бумажки, – можем отложить наш разговор до завтра.

Без выражения явных эмоций Северский продолжал молча сверлить ее своими темно-коричневыми глазами.

(«Вот и проверим, как срочно вам нужен этот разговор… Будешь ли ты ждать до завтра?» – в отношении себя он уже смирился с тем, что придется провести сутки в заключении.)

– Так что, я ухожу? – уже взяв в руки папку с бумагами, спросила Солнцева.