Пустота

Первый номер, судя по всему, ее – там коммунальщики, магазины, банк, все казенное. Второй номер – только звонки на первый.

– Что скажешь, Кэт? – перебил молодого коллегу Зайцев. – Сможешь разговорить его завтра? Ты же неотразимая профессионалка! – Илья знал, какие струны ее души надо затронуть.

– Если он будет с сестрой, то даже у неотразимой меня не будет шансов!

– Отвлечем ее как-нибудь!

– А еще хорошо бы его прижать немного, – вновь вернулся в разговор Иван. – Спровоцировать. Тогда и маски спадут, и ошибки повалятся, и подельники, если они есть, повылазят.

– Что за повод?

– Да что угодно, – Лебедев вновь стал вальяжным, – сопротивление полиции, насилие, ношение оружия… Главное, чтобы по делу, а то с их деньгами они нас засудят потом, а Константин все с нас, как обычно, спишет.

– Да, Жан, идея недурная! Поговорю с шефом.

На несколько секунд Илья замолчал. Вроде бы на тот момент все было проговорено, но как ведущий проекта, отбой он давать не спешил.

– Ну что, тогда все на пока? – не выдержала Катерина.

– Я вот что еще думаю, – негромко начал Зайцев. – Пока они будут разъезжать, надо пробраться к ним на фазенду, проверить землянку, а в доме жучки поставить. Че думаете?

– Извини, Илья, но ты что, дебил?! – вмиг вскипела Солнцева. – Если такое выплывет, то нам не только судебные иски вчинят, но и уволят к сам знаешь какой матери! Ты вообще в своем уме предлагать такую хрень?!

– Люблю, когда она злится! – подмигнул Зайцев из монитора.

– Да, блин, как два пальца! – возмущению Катерины не было предела. – Уверена, там весь дом в камерах! Что за бред вообще!

– Ладно, Кэт, не пыхти! В семь будьте на связи, решим, что дальше делаем!

5. Северский. Участок. Солнцева

Впервые за последние два года Северский ехал за рулем. Он не забыл, как это делается, но чувство руля, габаритов утерял однозначно.

С учетом последних событий Северский и сам не хотел покидать поместье. Однако так любимые им замороженные булочки, как назло, кончились, равно как свежие овощи, фрукты и сладости.

Вячеслав был озабочен. Компьютер Полины, отличавшейся образцовой чистоплотностью при пользовании сетью, был взломан.