Одна душа на двоих

Для Талика испытание представляло особую трудность, ведь серые клинки сливались на фоне розово-серых вихрей-змеек. Ориентируясь больше на движения рук, юноша получил десять попаданий и с учетом шестнадцати своих призывов Параха закончил со счетом двадцать шесть. Шенне, как и ожидалось, справилась лучше, получив двадцать один.

Затем испытание повторили, но уворачиваться требовалось на месте, уклоняясь телом или отпрыгивая в сторону. Талик насчитал до пятидесяти трех, однако отходить в сторонку не стал – их с Шенне небесная сила, заметно превышавшая сейчас силу прочих учеников, была еще полна розовых лепестков.

– Обед! – громко провозгласил Байон, указывая рукой на уже ожидавшую учеников повозку с привезенным Талией съестным. – Перекусите и восстановите силы, – подмигнул он новеньким. – После обеда обучение продолжится!

Талик и Шенне, получив свои тарелки и воду, нашли местечко подальше от остальных, которые предпочитали сидеть на больших бревнах, и расположились прямо на траве.

– Шенне, не слушаются ноги.

– И я измотана, Талик…

Им многое хотелось уже обсудить, и девушка даже думала потихоньку задать свой вопрос, как к ним пожаловали новые посланники. Кассея, уперши свои сильные руки в точеные бедра, нависла прямо над ними. Чуть позади нее задумчиво улыбался крепкий, немногим выше ее самой юноша, тоже из «красных».

– Эй, букашки, слушайте Могучую Кассею! – победоносно объявила та.

Шенне покосила взгляд на ее грудь, с земли казавшуюся еще больше, чем она была на самом деле, оценила реакцию на то явление своего супруга и после подняла на нее удивленные серо-голубые глаза.

– Сегодня вы унизили моего подданного, Амона! – грубый голос Кассеи звучал надменно и нагло. – Посему мне надлежит отплатить вам, неразумным, за этот глупый поступок!

– Амон твой первым начал, – хладнокровно возразил ей Талик, так и не подняв глаз.

Он хорошо помнил предупреждение учителя, а потому не желал им с Шенне конфликта с этой особой.

– Плевать! Унизив Амона, ты оскорбил весь наш дом!

– Ясно, – не стал спорить Талик, продолжая пережевывать булку.

– Но вы, отбросы, еще можете спастись, – хотя говорил с ней юноша, смотреть девушке приходилось на повернувшуюся к ней Шенне. – Клянитесь дому Ганов в верности, и я это маленькое недоразумение, так уж и быть, улажу!

– Ты можешь уходить, Кассея.