Линия жизни

При других условиях для них бы подняли отдельную «женскую» палатку, однако лучница была в отношениях с Харди, тоже воином красного отряда, с которым и делила свою постель.

Посему Яне пришлось ночевать вместе с двумя другими мужчинами, что в военном походе никак не может пройти без последствий. Девушка была молода, недурна собой и в отсутствие конкуренции многим воинам представлялась эталоном желания, даже несмотря на презираемые марийцами цветные волосы. Неудивительно, что один из ее двух соседей по шатру той же ночью не сдержался и домогался ее тела.

Свидетели того происшествия – караульный и ранее упомянутый Шива, будто нарочно вышедший в тот час по нужде, – сначала заслышали ругань и стоны, а затем увидели и самих виновников беспокойства. Крепко схватив наглого воина за обычно мягкий мужской орган, она выдворила того из палатки, приземлив аккурат к ногам любопытного караульного.

– Победишь на катури – получишь тело, – без толики злобы в голосе объявила ему Яна.

Поправив перекосившуюся от борьбы с мужчиной рубашку, она развернулась, чтобы вновь отойти ко сну.

– Огонь-огонь-огонь-огонь! – безумно закричал все еще валяющийся на земле мариец. – Эта женщина создана для меня! – он всклочил на четвереньки. – Эй, рыженькая! Подождешь?

– А? – удивилась Яна.

– Я мигом! Портки натяну – и за мечом! Не уходи!

Не дожидаясь согласия, он стрелой рванул мимо девушки в их совместное походное жилище.

Вскоре, освещаемые скупыми языками ночного костра, они уже стояли друг против друга: он, словно зверь, высунувший язык в ожидании добычи, и она, в ночном наряде превратившаяся в самую обычную девушку с деревянным дрыном.

В неравном противостоянии отточенные навыки и холодное сердце быстро взяли верх. Больно хлестнув по правой кисти обидчика, Яна наступила ногой на оброненный им катури.

– Ну надо же! – оправдывался неунывающий мариец. – Это, верно, боги подшутили надо мной! Дай мне еще шанс, а? – заискивающе он смотрел в ее черные глаза.

– Хорошо. Но не ночью, – неожиданно согласилась девушка, вдруг поймавшая на себе удивленный взгляд караульного. – Ты тоже можешь попробовать. Любой может, – она посмотрела на Шиву.

Тот надменно отвернулся.

Следующим днем весть о возможности таким манером завоевать расположение «рыжей пройдохи», как часто называл ее Сумиля, облетела весь лагерь.