Орк: Вторая жизнь. Убийца эльфов. Властелин островов

* * *

Трехэтажный неправильный восьмиугольник, часть третьего этажа вместе с венчавшей его площадкой разрушена, на первом этаже отсутствовали бойницы – вот такое укрепление нам и предстояло штурмовать. Внутрь можно было проникнуть только через дверь, уже запертую и, возможно, заваленную изнутри чем-нибудь тяжелым.

Сигурд собирался штурмовать башню единственно возможным для нас способом, а именно – с налету. Пока мы будем выбивать дверь, полагал колдун, люди в темноте не сумеют достаточно быстро продрать глаза и организоваться, не говоря уже о том, чтобы успеть надеть доспехи.

Мы не надеялись достаточно быстро перебить ночующих на первом этаже, поэтому наиболее упорное сопротивление ожидалось на втором.

Вряд ли все враги сосредоточатся на одном этаже, не так уж много места, чтобы свободно, не мешая друг другу, здесь могли вести бой тридцать-сорок воинов.

Я попытался оценить возможности проникновения внутрь через бойницы при помощи лестниц или на загривке друг у друга и даже собрался проявить инициативу, но вовремя передумал.

Мысль о том, что вот он я, такой молодой и красивый, лезу в бойницу, а какой-нибудь короткоухий злодей вытаскивает неприятного вида ножик и втыкает его в мой нежный и ранимый организм, пришла как никогда вовремя…

По сигналу колдуна восемь бойцов покрупнее приподняли за поперечные рукояти чушку тарана и резво потащили ее к дверям башни. В число избранных вошел и я, поскольку оказался единственным, кто признался, что хорошо владеет левой рукой. Возможно, кто-то не признался из нежелания встать туда, куда угодил я, первым с правой стороны.

По возможности маскируясь кустами и деревьями, стрелки выбежали вперед, чтобы не дать караульным стрелять по таранщикам, когда их обнаружат. Тут часовые не спали, но и у бойниц не дежурили. Определенно кто-то мог услышать пыхтение или звяканье, все же двадцать два мужика в железе при всем желании не могли подкрасться абсолютно бесшумно, тем более с таким бревном на руках. Но было поздно.

Мелькнула тень в бойнице, раздался тревожный крик в башне, щелкнули выстрелы в эту тень, посыпались стрелы.

Таранная группа с разбегу ударила в двери. Весь расчет был на их недостаточную для противостояния тарану прочность. Затрещало дерево. Сигурд ободряюще заорал. Мы, ухая, били в дверь, она поддавалась, треща все громче с каждым ударом, наверху суетились враги, лихорадочно готовясь к обороне.

Еще удар, многоголосый вопль радости, летят щепки, засов скоро отвалится.