Орк: Вторая жизнь. Убийца эльфов. Властелин островов

Я продолжил развивать успех:

– Спасибо, говорю, за женщину, очень тебе благодарен, но ты тут лишним будешь. Подсказчиков мне не надо, сам справлюсь.

Собравшиеся начали посмеиваться довольно откровенно. Истец, он же пострадавший, ощерился, на изукрашенной кровоподтеками и синяками зеленой морде выражение смотрелось довольно забавно.

– В моей комнате, на моей кровати для посторонних места нет. А кто решит, что есть, будет потом на своих кишках валяться, – сделав паузу для пущего эффекта, абсолютно серьезным голосом добавил я.

– И что дальше? – продолжил расспросы ярл.

– А дальше он зачем-то выхватил кинжал, – пожал я плечами. – Пришлось его бить, пока меня не зарезал.

– Я за эльфа его принял, – попытался оправдаться виновный. В зале заржали.

– Ты что, в темноте не видишь? – умильным голосом уточнил ярл и запустил шпильку в район очень злого Бьерна. – От кого тебя мама тогда родила? Друг твой тоже в темноте не видит?

– Светлый он кожей, – сник оппонент. Попытку Бьерна раскрыть пасть пресек ярл, жестом приказав молчать.

– Так что, родственники моей жены с островов у меня погостить не могут? – повысил ярл голос. – Без того, чтобы их в темноте резать не стали? За эльфов приняв? Что вообще эльф где-то кроме тюрьмы делать может?

У моих детей тоже кожа светлая, – продолжил старик, – и что, ты, в темноте их встретив, сразу бы убивать стал? Так у меня и внуки есть, значит, им тоже в моем замке беречься надо? Как бы кто ночью не зарезал? Спросил ты, кто перед тобой? – в открытую заорал ярл на сопляка, даже не играя в объективность.

– Нет, – сразу упредил я возможную попытку соврать. – Молча за кинжал схватился.

– Дальше что было? – смягчив голос, обратился ко мне дед.

– Этот упал и остался лежать, появился второй. Увидел, что приятель лежит, сам на меня с кинжалом бросился.

– Спросить, кто ты или что другое, не пытался?

– Нет, разве что попытался под ребра клинок загнать. Вломился в комнату уже с кинжалом в руках.

– Коли оба оружие вытащили и резать тебя, как ты говоришь, собрались, как ты выжил? – Бьерн сообразил, что дело приняло невыгодный оборот, и уловил симпатии ярла и общественности.

– Кинжал выбил и руку ему сломал, – опять пожал я плечами.

– Лжет, – осмелился подать голос сам инвалид, тоже, видать, сообразивший, что дело идет не так, как хотелось бы. Он действительно оказался гнидой, как я и думал. – Не хватался я за кинжал. В кулаки драться кинулся.