Золотые волки

Рядом с конюшнями, на дороге, стояла карета. В отличие от других карет «Эдема» на ней не было никаких эмблем и опознавательных знаков. Энрике забрался в карету вслед за Северином. Кучер закрыл двери; из-за черных штор, плотно закрывавших окна, внутри стало очень темно.

Энрике беспокойно теребил рукав своей рубашки.

– Так… Теперь ты расскажешь, в чем дело?

Северин достал из кармана конверт. Багровая печать была сломана посередине, но одной-единственной буквы «Г», украшающей конверт, было достаточно.

Энрике замер. Несколько секунд прошли в гробовой тишине.

– Гипнос?

В ту минуту, когда он произнес это имя, он знал, что не ошибся. Казалось, даже душный воздух кареты подтверждал его догадку. Небольшой порыв ветра пробирался сквозь щель между занавесками, и Энрике поежился от холода.

Челюсть Северина напряглась.

– Он знает, что мы его обокрали, и попросил о встрече.

– Что?

Он думал, их план был предельно надежен. Никаких отпечатков. Никаких записей.

Ничего, что могло бы раскрыть их присутствие в аукционной комнате хранения.

Гипнос был патриархом, и он мог запросто приказать арестовать их. Или придумать что похуже. Но он всего лишь просил о встрече, и это могло означать только одно: ему что-то от них нужно. Гипнос собирался их шантажировать. Энрике не понимал, почему Северин взял с собой только его. Может, он был незаменим… Возможно, его просто не было жалко.

Энрике почти ничего не знал о Гипносе, но Тристан как-то упомянул, что в детстве они с Северином были друзьями.

Одного взгляда Северина было достаточно, чтобы понять: он не общался со старым товарищем уже много лет. Северин сидел с опущенными глазами и каменным лицом. Он то и дело проводил пальцем по серебристому шраму на ладони.

– Что, если он хочет… – Энрике не мог заставить себя произнести «убить нас».

Кажется, Северин и так догадался, что он имел в виду.

– Гипнос всегда был умен, – медленно сказал юноша.

 – Но, если он попробует что-нибудь выкинуть, у меня найдется достаточно компромата на него. – Он способен уничтожить связи Гипноса с Орденом в одно мгновение.

– Мертвые не мстят.

Северин надвинул шляпу на глаза.

– Я не собираюсь умирать.

Когда карета остановилась, Северин нагнулся, чтобы открыть дверь. В этот момент Энрике смог разглядеть письмо, которое мужчина держал в своей забинтованной руке. Он нахмурился. Письмо было пустым.