Пожиратель огня

Пожиратель огня

Рошаль Илья

По возвращении из Змеиного королевства и наведении порядка в Валузии Кулл всерьёз задумался о создании союза против змеелюдей. Чтобы заручиться поддержкой Великого хелифа Асафа – правителя Муджарии – валузийская делегация отправляется в путешествие. По прибытии выясняется, что в одной деревеньке происходит нечто странное: исчезают жители селения. Асаф с Куллом и Брулом отправляются узнать, в чём дело. Они ещё не знают, что это ловушка, и никто даже предположить не может, кто за этим стоит…Повесть вошла в антологию "Кулл и дыхание смерти", изданную в 1998 г.

в рамках межавторского цикла издательства Северо-Запад "Сага о Кулле". Была опубликована под псевдонимом Уильям Гордон.Обложка книги сгенерирована нейросетью Кандинский 2.2.

Рошаль Илья

Пожиратель огня

Глава 1

Выполнить обещание, данное им Шуршилу, Кулл не смог. Ни через несколько дней, ни даже через полгода выступить в поход против Шашонга не удалось.

И дело тут было не только в ранах Кулла, хотя они оказались куда серьезнее, чем атлант старался убедить Ту и Брула.

Эл-Та и Кутулос, мужественно перенося ругань своего дарственного пациента, наотрез отказались выпускать Кулла из дворца без присмотра по меньшей мере полудюжины своих учеников-подмастерий. Всех сил атланта не хватило, чтобы ускользнуть от этой вездесущей парочки мучителей.

– Можете приказать меня казнить, Ваше Величество, но я не могу позволить вам так относиться к своему здоровью! Вам непременно следует выпить вот это… – Решительно вскинув бороду, тряс какой-то микстурой перед носом атланта дворцовый лекарь.

– Своей упрямостью вы грозите свести на нет все наши усилия, – вторил ему придворный маг Кутулос, подсовывая пригоршню магических пилюль.

Но так или иначе, могучий организм горца справился и с тяжелейшими ранениями и с лечением. Куда большую проблему представляли государственные дела, пришедшие за время событий, последовавших за бегством Ренара, в запустение. Политическая обстановка в Валузии требовала от Кулла постоянного присутствия и пристальнейшего внимания.

И первое, что сделал Кулл, едва достаточно оправился, чтобы передвигаться без посторонней помощи, это безжалостно расправился со всеми участниками неудавшегося восстания, присягнувшими на верность Шашонгу. Если он готов был простить простых горожан, введенных бунтовщиками в заблуждение, то для участников омерзительных пиршеств в подвалах графа Фанары снисхождения быть не могло.