Дочь короля и война троллей

Сказочник с женой долго махали им вслед, пока повозка не скрылась за поворотом.

Ах, как чудесно провел время Кристиан со своими родными. Нагостились на славу. Пора и в обратный путь. Как приехали с полной повозкой, так и уехали с битком набитой деревенскими гостинцами. Далеко за полдень путешественники выехали на лесную дорогу. Повозка так и запрыгала по кочкам.

– Ох, Кристиан, погляди-ка! – воскликнула его жена Илма. – У дороги сидит старушка. Бедняжка, верно, совсем притомилась, давай подвезем ее немного.

– Конечно, негоже проехать мимо старого человека да не предложить помощи. Эй, тетушка, далеко ли вам добираться? Мы прокатим вас с ветерком, если теснота вам не помеха.

Сгорбленная старушонка, закутанная сиреневой накидкой из тонкой шерстяной ткани с головы до пят, подошла к повозке.

– Сдается мне, ты Кристиан Хромоножка, что помогает Вальтеру писать его книги?

– Угадали, тетушка. Только я вас совсем не знаю, откуда же вы знаете мое имя?

– Уж такая моя доля: узнавать человека по имени тотчас, как увижу, – усмехнулась старуха.

– Дело? Да чем же я еще могу помочь вам, тетушка?

Незнакомка подошла совсем близко к Кристиану и достала сверток, обмотанный небеленой холстиной.

– Вот возьми да спрячь хорошенько. Отдашь его своему хозяину. Хоть Вальтер теперь зовется Сказочником, но в душе так и остался Пронырой. Никто лучше его не спрячет эту вещь. Иначе она попадет в дурные руки.

– Да с чего вы взяли, тетушка, что мой язык сродни метле? И я, и жена моя не из болтливых. Эй, Илма, разве ты когда-нибудь говорила лишнего?

Но жена ничего не ответила. К своему удивлению, Кристиан увидел, что его семья крепко спит, уткнувшись носом в корзинки и мешки.

– Не волнуйся, Хромоножка, они проснутся ровно через четверть часа. Спокойней будет твоим родным ничего не знать о нашем разговоре. Ну, прощай, Кристиан, и скажи Вальтеру, что на его век приключений еще хватит. Но не всегда они к добру. Иным приключениям лучше бы и не случаться.

Голова Кристиана закружилась, и он мгновенно заснул прямо на козлах повозки.

– Муженек, эй, муженек, ну и сморило нас посреди дороги! – воскликнула Илма, тряся мужа за плечо.