Отчим

От Арса прилетело несколько сообщений с извинениями, но отвечать я не намерена, как и общаться с ним дальше. И несколько пропущенных от неизвестного номера, которым я не придаю большого значения. Мало кто там мой номер знает.

Пустой желудок не позволяет отказаться от накрытого на кухонном столе завтрака. Утолив голод, я позвонила Полине, ещё раз поблагодарив её за всё, и вызвала такси до дома.

А дома был переполох – столько охраны и такой суеты я ещё никогда не видела. А оказавшись в холле дома и встретившись лицом к лицу с Русланом, я поняла – мне конец.

Глава 16

Руслан

Два дня назад

Тишину кабинета разорвал голос Корнилова, который зашёл, как к себе домой, даже не удостоившись постучать.

– Всё работаешь, Власов? – с иронией спросил он и вальяжно расселся в кресле напротив меня.

Отвлёкшись от изучения отчёта о поставке новых автозапчастей, поднял глаза на незваного гостя.

– Кто-то ведь должен это делать в этой фирме, – скрестив кисти над столом, я посмотрел на него в упор.

– Вот как?! – хмыкнул он и лениво прошёлся взглядом по кабинету. – И как только компания поднялась на такую высоту без тебя?! – состроил задумчивую мину.

– У вас ко мне какой-то вопрос? – проигнорировал его попытки задеть меня.

– Скорее, предложение, – ответил и скривил рот.

– Внимательно слушаю, – сделав заинтересованное лицо, я поддался вперёд.

– Хм… – нахмурился и, схватив чистый лист и ручку со стола, что-то чиркнул. – Моё последнее предложение, – протянул мне бумажку, на которой стояла сумма из семи цифр.

Я внимательно слушал, не испытывая абсолютно никаких эмоций, кроме смеха. Он не оставлял попыток избавиться от меня, и это выглядело настолько отчаянно, что вызывало тошноту.

Откинулся на спинку кресла, слегка покачиваясь, подперев подбородок кулаком и делая вид, что раздумывал над его предложением.

– Выйди отсюда, – спокойным тоном и с подобием улыбки на лице сказал я после недолгой паузы.

Корнилов старался сдерживать эмоции, а я наблюдал за тем, как багровело его лицо от злости, и получал чистое удовольствие. Хотелось рассмеяться ему в лицо, но я не позволил себе эту роскошь.