Ночь с миллионером

Как такое вообще возможно?!

Откуда у Миши долги, и почему он не звонит уже неделю?!

Что вообще происходит?!

Взяла телефон из сумки и, глотая слёзы, набирала снова и снова номер старшего брата, но безрезультатно. Мне никто не отвечал.

А на второй день, как по часам, в мою дверь постучал тот самый Саша, и я без разговоров поехала с ним навстречу своему позору и унижению.

Я тряслась, как осиновый лист на ветру, смотрела на полный зал похотливых самцов, готовых потратить немаленькие деньги ради полуголой девушки.

Мне дали красивый костюм изумрудного цвета, инкрустированный маленькими блестящими стразами. Накрасили губы ярко-красной помадой, на лице маска того же цвета, что и костюм. Перед моим носом поставили босоножки на очень высоком каблуке. Сантиметров пятнадцать, не меньше, плюс толстая платформа. Они оказались на удивление удобными и лёгкими. Но это не отменяет того факта, что мне жутко страшно, стыдно и противно.

Посмотрела на себя в зеркало. Красиво, ничего не скажешь. Но не для десятков пар глаз.

Чужих глаз. Я бы одела такую красоту для любимого мужчины, дома за закрытыми дверями, но не в полутёмном клубе. Да и мужчины у меня нет. Уже и не помню, как давно я сексом занималась. Год назад или даже больше.

Были у меня отношения, но неудачные, продлились они полгода. Костя – хороший мужчина, с подтянутым телом и неплохим характером. Но он не мог смириться и принять тот факт, что у меня есть дочь. А это важный момент. Чтобы быть со мной, нужно сначала полюбить моего ребёнка.

Нет? Тогда скатертью дорога. Важнее моей малышки нет ничего в этой жизни, и если потребуется, я стану монашкой и останусь без секса на всю оставшуюся жизнь, но в обиду мою девочку не дам.

Собственно, поэтому и иду сейчас полуголая, под обжигающими взглядами в центр зала. Там моё место отработки на непонятный срок. Приговор, который не подлежит обсуждению. Крутилась на этом чёртовом шесте, еле удерживая равновесие, и молилась, чтобы не грохнуться в обморок от волнения. В зале достаточно тепло, но меня бьёт озноб, руки дрожат, а ноги как ватные и не слушаются.

Стараюсь смотреть куда угодно, но не в зал, где меня пожирают глазами.

Боже, какой позор, как хорошо, что этого не видят родители! А мой дорогой брат! Как он мог?! Телефон выключен, не объявляется, влез в долги непонятно как, а мне отдуваться! Да ещё и таким способом! Никогда не прощу!!

Закончила танец, вышла из клетки, желая поскорее скрыться за закрытой дверью гримёрки.